– Эх, встретить хотя бы одно из этих существ, – мечтательно произнес Коля Степанов по прозвищу Хлюпик, а по штатному расписанию кружковского «космического корабля» бортинженер.

– Встретишь, – совершенно серьезно отозвался Учитель. – И довольно скоро.

– Когда же? – немедленно осведомился Очкарик, он же пилот-навигатор второй позиции, он же Эрик Флейшман.

Классный руководитель посмотрел на часы.

– Завтра, в это же время, – ответил он.

– И где? – деловито уточнил командир группы захвата Анвар Тогоев по кличке Качок.

– В трех километрах отсюда, – в том же тоне ответил Дмитрий Васильевич. – На опушке Матюхина бора…

Из показаний девятиклассника Михаила М. в Галактическом трибунале

В нагрудном кармане у меня хрюкнула рация. Я вытащил, вдавил кнопку приема.

– Миша, – прохрипел в динамике голос Учителя, – бери своих, и дуйте сюда…

– Слушаюсь, – отозвался я. Посмотрел на «своих». Глаза по пять копеек. Боятся. – Не сцы, братва! – попытался я подбодрить их. – Прорвемся!

Мы кое-как поднялись и «дунули». Страшно было не по-детски. Никому из нас не хотелось идти к тарелке, но еще страшнее было оставаться в лесу. А вдруг часть пришельцев успела укрыться там и сейчас они накинутся на нас?.. Не накинулись. Не могли. Все они лежали на границе голубого света. Я только глянул, и меня вывернуло наизнанку. Это были вовсе не гуманоиды. Они больше походили на птиц. Под прозрачными колпаками шлемов виднелись клювастые головы на тощих шеях, покрытых чем-то вроде цыплячьего пуха. Большие, выпуклые глаза были подернуты пленкой третьего века. Пришельцы были мертвы, все до единого. Навороченные скафандры их были прожжены. Воняло паленым пером. Меня все еще полоскало, когда ко мне подскочил Учитель, выкрикнул:

– Вставай, слабак! Марш в корабль!

Никогда я еще не слышал в его голосе столько злобы…

Дальше – больше. Он свистнул, и ко мне подскочил один из ребят Качка. Схватил за шиворот и поволок в центр светового круга. Спазмы все еще не давали мне разогнуться. Так и подняло меня на корабль, свернутого в бараний рог. Я пришел в себя только в рубке. Хлюпик, Очкарик, Ботан уже заняли свои места за подковообразным пультом. Передо мною стоял Дмитрий Васильевич… Вернее, существо, некогда выдававшее себя за учителя физики Малопухтинской средней школы. От Учителя осталась лишь одежда, да и то сильно потрепанная в драке. Безжалостные глаза рептилии смотрели на меня в упор, а раздвоенный язык то и дело облизывал жесткую чешую на морде. Мне опять стало тошно, я спешно поднялся и взобрался на странное сиденье, больше похожее на птичий насест.