– Удивительно! За такой короткий срок? – В голосе Саши был искренний восторг. – Тогда ты наверняка знаком с пословицей: с кем поведешься, от того и наберешься.

– Да, она касается лишь плохих качеств.

– Увы. Жаль, но Туа-ка-Туака права: многие гутчи, тесно общаясь с людьми, действительно начали по мелочи врать. Возможно, скоро это станет для них обычным делом, потому что остается безнаказанным.

– Выходит, мэр все-таки сказал правду. – Я сокрушенно задрал хоботки.

– Ну вот. Тем скорее ты поверишь в то, что я скажу дальше. Расширенные зрачки, шелушение в хоботках и ускоренное иссушение мертвого гутчи – красноречивое свидетельство того, что через обонятельные органы он принимал это. – Саша достал из кармана тот самый пакетик. – Метамфетамин.

– Синтетический наркотик землян! – Я раздул хоботки и стиснул от злости зубы. Невероятно! Очень, очень нехорошо!!!

Саша продолжал:

– Мы можем только догадываться о мотивах, толкнувших его на этот шаг. Версия номер один – ностальгия. Вероятно, организм Ма-ка-Уаки, как и любого существа вашей расы, оказался слишком слаб перед этим веществом. Отсюда его раздражительность и нервозность, о которой сказала Туа-ка-Туака. Отсюда же неаккуратность в доме, на которую ты обратил внимание. Отсюда же и смерть.

– А как же страшные порезы на его руках? – наконец промолвил я, помалу выпуская хоботками воздух. – Кто вырвал ка-ниферу?

– Все легко объясняется, Па-та-Уака. – Саша резво жестикулировал, я видел, как активно он старается уверить меня в своей правоте. Теперь его энергия нашла выход. Может, он и был новичком, но, как говорят земляне, котелок у него варил что надо. – Испытав безумие, воцарившееся в голове гутчи, симбионт не выдержал, запаниковал и попытался сбежать от хозяина. Ма-ка-Уака не ожидал внезапного пробуждения ка-ниферы. Он закупорил пазы, но симбионт отчаянно сопротивлялся. Крыльями. Раны на руках гутчи – от когтей испуганного существа. Ма-ка-Уака пытался удержать ка-ниферу при себе, но она вырвалась. В буквальном смысле слова, понимаешь? В этот-то момент гутча и выстрелил импульсом. Пройдет два-три дня, и где-нибудь на улицах города обнаружат мертвого симбионта.

Я закрыл глаза и стал дышать ровно. Мне было больно слушать Сашу, потому что он, скорее всего, был прав. Его аргументы – стройны и убедительны.

– Единственное, чего я не могу понять, – сказал он в заключение, – что имел в виду Ма-ка-Уака, сообщая о своем убийстве? Ведь он умер сам от передозировки, буквально через считаные часы после ухода симбионта.

– Это тоже легко объясняется. – Я был раздосадован. – Его убил не наркотик, а тот, кто подсказал ему, что при помощи этой дряни можно временно вернуть родину. Тот, кто обманул его, сказав, что этот яд притупит одни эмоции и усилит другие. Тот, кто столкнул его в Океан Вечности. – Я раскрыл глаза, и Саша отступил от неожиданности: в них пылал огонь правосудия. – А это значит, что для меня найдется работа.