– Это термоядерный реактор на шестьдесят мегаватт.

– Вот эта фиговинка?

– Ну вокруг него еще слой брони, так что сам он еще меньше.

– Бог ты мой, я расхаживаю с реактором, способным спалить небольшой город.

Алекса втиснулась между мужчинами:

– Давайте уже займемся делом.

Несколько нейлоновых предохранительных строп тянулись от обвязки Грейди к металлическим балкам спереди, сзади, слева и справа, а также к металлическим кольцам в полу и ременной петле на стропилах. Куда бы он ни начал падать, далеко шлепнуться не мог.

Алекса проверила экипировку и слегка ослабила ремни:

– Незачем так туго затягивать гравис. Помни, это не альпинистское снаряжение, и висеть на нем тебе не придется. Он меняет вектор притяжения, и ты падаешь вместе с ним.

Грейди сморщился:

– Гравис… кто вообще придумал такое название?

– Не знаю. Кто-то из тех, кто работает в БТК над гравитационным зеркалом.

– Я изобрел это чертово устройство. И я должен был его назвать.

Коттон стоял рядом:

– Вот, Грейди, твоя первая ошибка. Вещь без имени в человеческом сознании не существует. А с названием она обретает жизнь в людских умах, даже если не существует на самом деле. Прежде чем начать работу над изобретением, всегда нужно дать ему имя.

Грейди нахмурился:

– Да что это вообще значит, «гравис»?

Алекса проверяла его ботинки:

– То же самое, что «тяжелый», только на латыни. «Увесистый».

Он слегка подпрыгнул, чтобы ощутить вес устройства.