Джон замотал головой:

– Ее не нужно туда отправлять.

– Нужно, мистер Грейди. Вы ведь неблагонадежны. Как Варуна, или Олкот, или любой из тех, в чьем сердце интересы нашей организации не занимают первого места. Поэтому нам нужна гарантия того, что вы сфокусируетесь на нашей цели, ну прямо как лазер. Ваши провалы заставят Алексу страдать. А вам известно, как долго мы можем длить страдания.

Грейди хотел что-то ответить, но понял, что сказать ему нечего.

С потолка внезапно раздался знакомый голос:

– Я реально больше не могу это слышать. Хедрик, ты знаешь, какой ты бессердечный мудак?

Директор нахмурился и недоуменно взглянул на Моррисона:

– Да какого черта! Откуда ты тут взялся? Кто это?

Моррисон уже все понял.

– Ага, до Морри уже дошло!

Хедрик свирепо уставился в потолок:

– Коттон!

– Очень хорошо, Грэм, молодец.

Грейди поднял глаза к потолку, чувствуя, как внутри растет надежда. Потом он перевел взгляд на Алексу: та тоже смотрела вверх, хотя по ее щекам еще катились слезы.

– Я знаю, что подслушивать невежливо, но, раз уж вы затеяли выяснять, у кого толще и длиннее, я решил поучаствовать.

– Коттон, как ты это делаешь? Откуда у тебя доступ к нашей сети? – И тут Хедрик закрыл глаза от досады: – Варуна…