— Это не твое дело, Темный. Я укрыл их от зла. Им это только на пользу. Они беззаботны и счастливы, обеспечены кровом и хлебом, все серьезные проблемы я решаю с помощью магии, не опасаясь санкций со стороны Дозоров. Я сам себе Дозор!

— Затерянный в океане, исчезнувший для всего мира…

— Скверна, что ползла из телевизоров и приемников… — не слыша чужака, возбужденно говорил Аарон.

— Ой, только не начинай, Светлый! Диего, ты принес мне ужин?

Я вздрогнул. Обнаружить меня не было никакой возможности! Как же Гюнтер-Кай почуял, что я здесь?

— Да, сэр! — крикнул я и сделал вид, что только что вошел в участок.

Пристли посмотрел на меня недовольным взглядом, но смолчал.

— Вот спасибо, парень! — расплылся в улыбке чужак и подмигнул; похоже, он таким образом намекнул мне, что знал о моем присутствии уже давно, возможно даже, что с самого начала. — Мистер Аарон любезно предложил мне прогуляться на северную оконечность Лос-Сапатос, чтобы забрать оттуда одну штуку. Что скажешь, парень? Нет ли в этом какого-то подвоха?

Я посмотрел на Пристли, тот нервно дернул кистью, приказывая мне молчать, и проговорил сам:

— Разумеется, место, куда жители перенесли свою аппаратуру, надежно скрыто. Более того — на подступах к нему множество охранных заклятий. В том числе — против таких, как ты. Обойдешь ловушки, доберешься до цели — вызовешь спасателей. А не доберешься — мы тоже забудем тебя, как страшный сон. Как тебе такой расклад?

— Вот с этого и нужно было начинать, светлячок! — ухмыльнулся Гюнтер-Кай. — Узнаю вашего брата!

Мне сделалось неуютно. Неужели до моего появления мистер Аарон не собирался предупредить пленника о гиблых местах? Все жители Лос-Сапатос прекрасно знают, что за Пиком есть только одна площадка, на которой можно беспрепятственно находиться, — это старая водяная мельница. И когда Пристли говорил чужаку о северной оконечности острова, я думал, он ведет речь о каком-то тайнике рядом с мельницей или внутри нее. Но теперь выходило…

— Что ж, я люблю испытания! — улыбнулся Гюнтер-Кай.

«Передумай! — уговаривал я мысленно. — Откажись!»

— Вот и славно, — облегченно выдохнул мистер Аарон. — Тогда утречком, после завтрака…

— Что, даже не дашь мне восстановить Силу? Ах, как удобно! Вроде и избавился, и рук не замарал!

— Заткнись! — рявкнул Пристли. — Идешь завтра — прекрасно. Не идешь — так и останешься в этой камере.

— Ого! Серьезная угроза! Чем же послезавтрашний день отличается от завтрашнего?

— Ничем. Просто я могу решить, что внешний мир и так уже натерпелся от тебя и таких говнюков, как ты.