Сергей Лукьяненко. Снежный король

— «Ну, начнем! — бодро сказал я. — Дойдя до конца нашей истории, мы будем знать больше, чем теперь. Так вот, жил-был тролль, злющий-презлющий; то был сам дьявол. Раз он был в особенно хорошем расположении духа…»

— Папа, — прервала меня Надя. — Раз он был злющий-презлющий, то как он мог быть в хорошем расположении духа?

Раз уж дочка начала задавать вопросы — уложить ее быстро не получится. Я поерзал на стуле, устраиваясь поудобнее. Сказал:

— А почему бы и нет? Злые тоже могут быть в хорошем расположении духа. Сделали гадость, сидят и радуются. И обдумывают следующую гадость.

— Тогда надо говорить не в «хорошем расположении духа», — наставительно произнесла Надя, — а «в веселом». Или «радостном». Потому что веселье и радость — это чувства. А хорошее — это хорошее. Это категория качества.

— Не слишком ли умные слова для второклассницы? — спросил я. — Кыш из моей головы! Или сама будешь читать.

Надя надула губки, но замолчала.

— Будем считать, что это сложности перевода, — смилостивился я. — Итак… «он смастерил такое зеркало, в котором все доброе и прекрасное уменьшалось донельзя, все же негодное и безобразное, напротив, выступало еще ярче, казалось еще хуже. Прелестнейшие ландшафты выглядели в нем вареным шпинатом, а лучшие из людей — уродами».