И если бы еще было достаточно времени на размышления, а то ведь портал в любую минуту может закрыться! Нужно решать сейчас, именно сейчас, не откладывая: идет она туда или спускается в метро.

От этой дилеммы у Ола разболелась голова. Хватит тянуть, надо принять окончательное решение… Вот только сначала она допьет свой кофе, то ли пятую, то ли шестую по счету чашку…

РАССКАЗЫ

РАССКАЗЫ

Василий Мельник МАГИСТР

Василий Мельник

МАГИСТР

Мировой оккультизм постигла беда: некий Зверь вызывает на магический поединок и убивает одного за другим адептов высших степеней посвящения. Убивает без разбора: христианских иерархов, поклонников Сатаны, великих шаманов и лам. Долгое время никто не может не только остановить Зверя, но даже выяснить, кто он таков.

Мировой оккультизм постигла беда: некий Зверь вызывает на магический поединок и убивает одного за другим адептов высших степеней посвящения. Убивает без разбора: христианских иерархов, поклонников Сатаны, великих шаманов и лам. Долгое время никто не может не только остановить Зверя, но даже выяснить, кто он таков.

Убийственный холод капля по капле просачивается в меня. Воздух в помещении уплотнился до состояния воды у точки замерзания, дышать им мерзко и больно, но за окном бушует безумная пурга, и нет возможности распахнуть форточку. Плохо. Это называется декабрем. Ледяная зимняя вьюга безжалостно гудит в моей голове, из пустых воспаленных глазниц на подушку сыплются сухие снежинки. Где калорифер?.. Нельзя бодрствовать, когда снаружи творится такое. Но спать в то время, как отвратительное чудовище одиночества раз за разом погружает когти в мой меркнущий разум — самоубийство. По-видимому, часовая стрелка недавно перевалила за цифру «три»; вскоре из леса должны выйти саблезубые тигры. Как холодно. Все обледенело. С потолка свисают гигантские сосульки, покрытые сизым инеем, они распространяют вокруг себя парализующий, инфернальный мороз. Может быть, сегодня я не дождусь саблезубых тигров и умру раньше обычного. На этот раз пытка превзошла все возможные пределы.

Кругом пронзительная тишина. Гололед. Мрак. Отчаяние. Ужас разложения.

Сейчас вернется боль.

Замерзший ветер воет, словно бешеный пес — протяжно и злобно. Снежная крупа неистово колотится в оконное стекло. Если из последних сил, на локтях подползти совсем близко к окну, можно ощутить мертвящее дыхание абсолютной зимы, которое сквозит изо всех щелей. Ночь безучастно парит над миром на невидимых крыльях.

Холод и темнота — синонимы. В моем окне темнота, помноженная на холод.