— С тобой — хоть куда, — буркнул неандерталец.

Мы вышли из дома Аристотеля и, остановившись на крыльце, как по команде испустили вздох облегчения. Перед нами была знакомая площадь. Такая, как раньше. Точнее — такая, как всегда. И Мироныч уже открыл дверь склада, и к нему уже подтягивались нагруженные находками вольные собиратели.

— Ты прав, — признал Бородавочник. — Твоя теория верна.

— А ты сомневался? — сказал я.

Про себя я, конечно, подумал, что это тоже ничего не доказывает, и всему окружающему можно запросто найти по крайней мере еще несколько таких же правдоподобных и логичных объяснений. Так что ничего лично для меня еще не было ясно. Может быть, в будущем мне удастся найти другие доказательства своим умозаключениям. А может, и нет. Кто знает?

— Так что все-таки ты сделал с Лёликом? — поинтересовался неандерталец. — Мне страшно любопытно. Вдруг окажусь в подобной ситуации без тебя?

Почему бы и не объяснить? Вдруг действительно окажется.

— Применил закон о последствиях осуществления гипотетически невозможных действий. Тот же самый, благодаря которому Лёлик оказался здесь. Помнишь, он мушек перед глазами ловил?

— А что он такого невероятного сделал на этот раз?

Я улыбнулся:

— Он правду сказал. Чистую, словно слеза младенца, правду.

— И только-то? — удивился неандерталец.

— Думаешь, мало? — ответил я. — Бюрократ и правда — вещи абсолютно несовместимые. Между прочим, ты меня совсем замучил вопросами. Пойдем-ка лучше на склад. Помню, там лежал плазменный резак. Он нам пригодится, для того чтобы попасть в тарелку, упавшую в Тунгусской тайге.

Олег Овчинников ИИ

Олег Овчинников

ИИ

— Красный или белый? — требует Михал Палыч.

— Ну, красный.

— А без ну?

— Красный… думаю.