– Ты не сомневайся, дядя Рома, мы справимся! – хохотнул Валерий. – А ты отдохни пока.

«Индейцы» набросились на курум, словно муравьи. Вот уже и очертания продолговатого котлована наметились, и углубляться он начал быстрее, чем ожидалось. Работали «индейцы» на удивление слаженно, ни одного лишнего или неловкого движения, словно всю жизнь этим занимались. И самое странное – почти не переговариваясь. Валевская недвижно возвышалась над ними, лишь губы шевелились на бесстрастном лице. Тоже безмолвно.

Роман Витальевич и Илга сели в стороне, наблюдая за этим жутковатым зрелищем. Как следует поступить, Силантьев, честно говоря, не знал.

– Рома, – наконец нарушила молчание Илга. – Я все думаю, почему Николай решил оставить такой условный знак? Он ведь мог указать координаты места, где лежит капсула. Тогда бы ее сразу нашли.

– Еще до кейптаунского эксперимента? До того, как хронокапсула отправилась в прошлое? Не знаю, к каким последствиям это привело бы… Возможно, катастрофическим. Очевидно, он этого не хотел.

– Или не хотел, чтобы хронокапсулу нашли посторонние. Послание было адресовано только тем, кого он знал и кому доверял. Кто не допустит катастрофы.

Силантьев медленно повернул к ней голову. И увидел в ярко-синих глазах Илги страх. Тот самый, что поселился в уютном и благоустроенном мире Земли.

– Если хронокапсула уцелела, значит, заглянуть в прошлое можно? – продолжала Илга. – Можно раскрыть тайны, погребенные под толщей веков? И Николай знал, что кому-то это очень не понравится.

– Тем, кто устроил взрыв… – прошептал Силантьев, чувствуя, как холодная испарина выступает на лбу. – И значит, это была не трагическая случайность.

– А мы все испортили, – подытожила Илга.

«Мы знаем все», – похвастался когда-то Валерий. В самом деле знают – взламывая чужую память, чужое прошлое. И конкуренты в этом коллективном знании племени не нужны…

– Беги… – тихо скомандовал Роман Витальевич.

– А ты? – Илга поняла его сразу, не переспрашивая, не требуя уточнений.

– Если мы уйдем вместе, они могут заметить наше отсутствие. А так я отвлеку их внимание. Не бойся, причинить вред главе Контакт-Центра они не посмеют!

Илга все еще медлила, и Силантьев понял, чего она ждет. Притянул к себе, обнял. Этот поцелуй был самый жаркий и сладкий в их жизни.

Затем Илга легко вскочила на ноги, повернулась к «Стерху». Роман Витальевич удержал ее:

– Нет, улететь они тебе не позволят. И коммуникатор оставь – кто знает, вдруг прибор этого Леппе способен засечь сигнал.

– До «Теплого ручья» отсюда почти тридцать километров, – напомнила женщина.