— Эти кристаллы в первозданном виде привлекают духов, а чем быстрее мы будем перемещаться, тем ярче станет маяк, и еще больше тварей слетится на вашу плоть.

За время разговора останки сбитых ворон отползли с асфальта на землю и снова обрели форму, начали шевелиться.

— Что же нам, сыграть роль пшена для этих ворон?! — возмутился Пуфф.

— Их слишком много, да и не вороны это… Это облик. Информационные создания низших порядков могут совершенствоваться и развиваться только в созданном или позаимствованном теле…

— Ну и лишим их тел.

— Вы видели… Теперь это подобие пчелиного роя, спаянное одной идеей… Кто мог предполагать!

— Такой могучий колдун, — хмыкнул Марк.

— Не так все просто, — вздохнул Изморгиан.

— Ну, а показать их можешь?

Проводник повернулся к лесу, зашептал непонятные слова… Хвоя на пяти крупных елях вокруг стала прозрачной. Сотни черных птиц облепили ветви и что-то оживленно обсуждали. Яну показалось, будто при каждом вороне присутствует не то тень, не то туманное облако.

— Я заметил их «души», они и управляют процессом, верно?

— Ваше высочество могучий колдун, — уважительно сказал проводник.

— Только лучше не будить лихо, пока спит тихо, — мрачно отметил Марк.

Принц пропустил замечание мимо ушей, продолжая гнуть свое.

— Значит, формально, они все колдуны и ведьмы?

— Вообще, да.

— Есть хорошее средство, на Земле в средние века очень помогало. Сигизмунд, если повторить Котерию? Лапы чешутся….

— Ох, как чешутся, — согласился Пуфф.

— А ты помой с мылом, — огрызнулся Марк.

— Они строят пентаграмму!