Еле дождалась, когда Алексей Михайлович вернется и снова ко мне заглянет. Тут же без обиняков и выдала ему:

– Я готова к сотрудничеству!

– Искренне рад.

– Вы победили! Буду рекламировать «Бодитек» до конца жизни! Только не уменьшайте обезболивающие и не забирайте протезики! Главное, что мордочка более-менее сохранилась. А остальное ерунда. Остальное я одеждой прикрою, и хорошо будет, пусть даже поскрипывает. Лишь бы все сгибалось в нужную сторону и ничего лишнего не выпирало. Я пончо куплю! Вы же не маньяк, вы же бизнесмен. Договорились?

– Наташа! Это еще что за фокусы?

Наталья Васильевна удивленно глянула на меня и пожала плечами.

– Мне-то откуда знать, я у нее в голове не копалась.

– Можно прямо сейчас один кубик? А потом я все, что хотите, сделаю! Обещаю. Один кубик!

– Колола уже, Алексей Михайлович. Еще выпрашивает.

– Неужели трудно потерпеть? Татьяна Даниловна, вы же сильная женщина. Самое страшное позади. Дальше будет легче. Должно быть.

Женщина??? Уже? До аварии девушкой была. Двадцать восемь лет – не возраст! Самому-то тридцать два! Это она так постарела?!

Даже боль на секунду отступила. Но тут же нахлынула с новой силой.

Стиснутые зубы не помогли – завыла на всю палату. И просить-умолять не хотела! Рот сам открылся:

– Пожалуйста! Один кубик! Не могу больше! Изверги!!!

– Где болит?

– Везде! Голова! Все болит! Ваши наниты не справляются!

Он взял меня за руку – и тепло от его ладони разлилось по всему телу, заглушая боль.

– Как так? Наниты?

Он убрал руку – тепло осталось.

– Попробуйте сами уснуть, без уколов. Организм должен отдохнуть от лекарств. У вас будет три дня передышки. Потом начнется вторая фаза, и мы снова погрузим вас в сон. Утром боль вернется. Надеюсь, вы справитесь. Выздоравливайте.