С научной фантастикой возникли проблемы. Чтобы отправиться в далекую экспедицию, совершить научное открытие или стать капитаном космического корабля, нужно долго учиться и много работать. При этом в стране, на земле, априори должны быть соответствующая инфраструктура и кадры: университеты, КБ, заводы, студенты, ученые, рабочие. Здесь тоже мы выходим на два ключевых слова: УЧИТЬСЯ и РАБОТАТЬ. Для ростовщической идеологии это неправильный подход, неправильные слова. Кто же будет скакать, скандируя волшебные заклинания? Другое дело – добиваться всего с помощью меча, волшебной палочки и таинственных артефактов! А еще лучше – просто быть избранным. Так ученых вытеснили наемники, маги и авантюристы.

Научная фантастика пыталась дать отпор. Устраивались «круглые столы», на конвентах и в профильных журналах долго шли обсуждения (и сейчас идут) на тему «умерла или не умерла?». В 2008-м появилась группа НФ-возрожденцев, главным идеологом которой стал Глеб Гусаков. НФ-возрожденцы абсолютно точно почувствовали проблему и стали бить в набат. Они выпустили несколько программных статей, доказывая прямую связь между могуществом государства и научной фантастикой. Увы, идею НФ-возрождения в фэндоме сразу же приняли в штыки, и не поглумился над ней разве что ленивый. Это был даже не глас вопиющего в пустыне – все вылилось в цирк. Зрители занимали места, запасались поп-корном и ждали, подзуживая друг друга: «А где результаты? Не возродили еще, нет? Давай-давайте, ждем-с!» Кое-кто из НФ-возрожденцев и сам давал повод пошутковать, то участвуя в «сточкерных» проектах, то отжигая что-то вроде «литературка подождет», «главное – идея, художественность вторична».

К набату не прислушались. А стоило.

Для ростовщической идеологии научная фантастика – очень неудобный подвид литературы, потому что способна конкурировать на концептуальном уровне и создавать альтернативу развития.

Один из самых ярких маркеров научной фантастики – экспедиция на космическом корабле. Это не что иное, как модель полноценного общества. Здесь нет денег (ростовщичество невозможно), жизнь всей команды зависит от каждого члена экспедиции (соборность, один за всех и все за одного), изначально обусловлены и высокая нравственность, и отсутствие демократии, и жизненная необходимость называть вещи своими именами. Плюс большая ответственность перед страной и народом. Это упрощенная модель общества, мобилизованного на решение любых проблем и внешних угроз. Без артефактов и волшебных палочек. Вместо них – знания, интеллект, навыки, совесть. Все то, что реально работает.