– Сбоку, с южной стороны, там полуразваленная конюшня, в ней можно спрятаться, если что. Там же видны окошки каких-то подвалов, но близко я, конечно, не подходил, наблюдал с тех вон холмов, – пояснял он. – И помните, что на вас, возможно, будут смотреть сверху, а это во многом меняет дело. Сверху, Лейф!

Лейтенант сбросил с себя плащ и шляпу, оставшись в кожаной безрукавке и грубых суконных штанах, заправленных в сапоги.

– У тебя нет панциря, – сухо заметил Жос. – А мой будет болтаться…

– Да плевать, – ответил Велойн; на поясе у него висела кобура с длинноствольным морским пистолетом.

Они с Лейфом исчезли в глубине рощи, чтобы несколько минут спустя появиться на узкой тропке склона. До башни было уже совсем недалеко. Качая головой, Жос проводил их взглядом и повернулся к дороге. Как бы Дибс ни спешил, но на то, чтобы собрать хотя бы два десятка патрульных и выдвинуться из города, ему требовалось время.

Солнце пряталось в тучах, которые обещали вот-вот разродиться дождем. Жос хорошо знал эти весенние дожди – мелкая пелена, смешанная с туманом, способная скрыть человека чуть не в десяти шагах: пройдешь рядом, да и не заметишь.

Жрец и лейтенант вернулись на удивление быстро. Оба тяжело дышали после бега, а лицо отца Лейфа покрывала испарина, а глаза у него были белыми от ужаса.

– Они поют, – прохрипел он, срывая с седла своей лошади флягу, – поют какой-то гимн, на три голоса, и это не язык Ла-Велле, это что-то древнее.

– Поют в подвале, – вмешался Велойн, пока Лейф жадно глотал вино. – И клянусь, мне послышался какой-то хрип. Как бы это не Форис – я часто болтал с ним возле храма отца Лейфа.

– Форис, точно, – все еще отдуваясь, подтвердил тот. – Надо ломать заднюю дверь, она на вид не слишком крепкая. Все окна зарешечены, и решетки в два пальца толщиной… Там у конюшни стоит крытый грузовик… пока пустой. Что-то они вывозить собрались. Но сперва явно кого-то прирежут. Идем, Жос, может, еще успеем кого-нибудь спасти.

Тролленбок посмотрел на Велойна, и тот ответил ему мрачным кивком. Обсуждать было нечего. Жос вытащил из седельной кобуры тяжелый карабин, стоящий на вооружении у королевских саперов, вставил обойму на шесть патронов и рывком продернул затвор.

– Пошли, – сказал он.

Мокрая трава на склоне скользила под подошвами сапог, и все же Жос спешил изо всех сил. Башню они обошли слева, встали под черной от старости дверью, прислушались. Теперь и Тролленбок отчетливо слышал странное горловое пение, напоминающее рык.

– Там, в подвале, – указал большим пальцем Велойн.

– Ясно. В сторону!