– И что же в твоей голове?

– Глаза, сенсорные приспособления. И запасная фляга.

– Ты издеваешься.

– Не-а. – Держа руки на бедрах, Ме-Лаан осматривала помещение.

Дверь слева уводила глубже в систему комнат, выстроенных вдоль боковой части склада, но, что удачно, здесь не было окон, выходящих в главное помещение.

Как и везде в здании, в комнате пахло свежими опилками, к ним примешивался запах древесного лака и легкий аромат сигарного дыма. Свет небольшой электрической настольной лампы озарял аккуратный кабинет с рядами книг в книжном шкафу, стол в обрамлении двух бархатных кресел с темно-бордовым и желтым узором и несколькими декоративными растениями, которые наверняка приходилось каждый день выносить на улицу, чтобы не завяли.

Мараси медленно шла по комнате, подмечая ее особенности. Они имелись у каждой комнаты – черты индивидуальности, подсказки относительно того, какую жизнь вел хозяин помещения. На выдвижных ящиках были широкие, карикатурно большие ручки. Торшер в углу прикрутили к деревянному полу, как и кресла, – видимо, чтобы они остались на месте, если Айрич об них споткнется. Мараси не знала, какой недуг поразил этого человека, но, похоже, он приспособил эти покои к некоторой неуклюжести.

Ме-Лаан направилась прямиком к книжному шкафу и начала вытаскивать и скидывать на пол книги.

– Искомое всегда обнаруживается за книгами, – пояснила она. – Люди не любят читать – им нравится казаться начитанными. Я…

– Ме-Лаан? – окликнула Мараси и указала на большой сейф в углу.

– А-а-а… – Занятая разгромом кандра сбила с полки последние книги – возможно, в силу стремления к завершенности – и направилась к сейфу. – Хм… С этим будет чуть сложнее. Такое отмычками не вскрыть.

– Справишься? – спросила Мараси.

– Терпение. Принеси-ка вон тот светильник.

Мараси взяла со стола лампу, вытянула провод на всю длину и направила свет так, чтобы было удобно Ме-Лаан.

– Хм… – проговорила кандра и, проигнорировав наборную панель, прижала руку к сейфу. Пальцы и ладонь сделались прозрачными, потом плоть начала… ерзать, протискиваясь в стыки, оставляя позади себя хрустальные кости, соединенные голыми сухожилиями.

Внезапно ощутив горечь во рту, Мараси сглотнула. Она знала, что Ме-Лаан на такое способна, но видеть это собственными глазами – совсем другое дело. Пытаясь отвлечься, Мараси пристроила лампу на ручке кресла – хотя кандра теперь сидела на корточках с закрытыми глазами, и было непонятно, требовался ли ей вообще свет, – и начала рыться в выдвижных ящиках стола в поисках чего-нибудь важного.

«Гармония, сделай так, чтобы Айрич после этого пошел обратно к ученым, – подумала Мараси, – а не вернулся сюда, чтобы поработать с бумагами».