Покрутив головой, он осмотрел другие кровати и мельком взглянул на труп, валяющийся у входа в углу. Сквозь вызванное наркотиком и усталостью оцепенение я почувствовал, как по нервам заспешили злые импульсы, предвестники старой боли.

– Что неудивительно. Здесь очень высокая радиация. Удивлен, что кто-то еще в состоянии передвигаться.

– Уже нет, – заметил я.

– Да, конечно.

Он криво улыбнулся.

– Боже мой, Такеши… Неужели не могли обождать пару дней? Вполовину снизили бы дозу. Мы все принимаем стандартный антирад и покинем это место в худшем случае с головной болью.

– Не мой вопрос.

– Ладно, я не думал тебя учить. Кто это в углу?

– Сунь Липин. Системный офицер.

Смотреть на тело Сунь оказалось больнее, чем я ожидал. Похоже, волчьи гены иногда замолкают. Карера только хмыкнул.

– Остальные?

– Амели Вонгсават, пилот.

Я тыкал во всех по очереди. Указательный палец с оттопыренным вверх большим.

– Таня Вордени, археолог.

– Я понял.

Нахмурившись, Карера показал на Вонгсават.

– Если она – пилот, кто вел штурмовик, когда произошел взрыв?

– Парень по имени Шнайдер. Он и втравил всех в эту историю. Извозчик сраный. Он струсил, когда в космосе началась перестрелка. Взял корабль, из ультравибраторов расстрелял Хансена, который стоял на охране. Смылся, оставив…

– Уходил в одиночку?

– Да… Если не считать мертвых, лежавших в хранилище. Двоих мы потеряли раньше, отбиваясь от нанобов. По ту сторону ворот нашли шесть мертвецов. Кстати, еще двое болтались в рыболовной сети над траулером. Судя по внешности – из группы археологов, работавших здесь до войны.