– Плохое место, – почти согласился Ебцота. – Лопата, того и гляди, затупится.

– Мама? Папа? – странно спросил Ябта, переводя взгляд с Сатане на Ебцоту неуверенно.

– Мы. Остальные где? – спросил Ебцота. – Ябтане вас бы не бросила. Штуковина эта, – потряс он. – Куда всех выкидывает, отродье Нга!

– Остальные более не существуют, – снова странно сказал Ябта и два раза сомкнул глаза.

– Не существуют, видите ли! – начала сердиться Сатане, и тут Ебцота шикнул на нее.

Сатане умолкла. Из глубины луча послышались крики. Она инстинктивно заслонила собой Ябту, а потом, не веря глазам, увидела, как откуда-то выбегает злой Ебцота без лопаты, а за ним едет груда железяк на каких-то продолговатых колесах, а лицо у нее – точь-в-точь в воду посмотрелась, как у самой Сатане.

Через секунду все стало понятно. Железяка с лицом Сатане подняла длинное ружье и прошила злого Ебцоту нитками насквозь.

– Бежим обратно, – зашипел нормальный Ебцота, и Сатане развернулась, а потом впоролась ногой в ботинок Ябты и закричала от боли, будто пальцы все переломала.

Они кинулись бежать, но оторваться от этой странной Сатане было трудно. Заскочили в подъезд, чудом втянули на пятый этаж неповоротливого и тяжеленного Ябту, заслонили дверь первой же квартиры шкафом.

– Перемещаемся, – сказал Ебцота, доставая штуковину.

– Дети! – почти взревела Сатане.

– Да что дети, нам бы к своим… – Ебцота скосил взгляд на подозрительно спокойного Ябту. – Слышала, говорит, никого не осталось.

Сатане подошла к окну, пытаясь не плакать. Здесь были не ее дети. И все-таки ее. И даже дурацкий неуклюжий Ябта был ее.

В городе пылали пожары и слышалась стрельба. По улице, видневшейся из уголка окна, ехала целая армия железяк.

Сатане вернулась к Ябте и Ебцоте, схватила – одного за шиворот, другого за рукав. На штуковине горело зеленым три полоски. Ебцота нажал на кнопку, и выстрелы, раздавшиеся за дверью, прошили уже тающую Сатане.

3

Сатане почувствовала, что задыхается, сделала вдох поглубже, полным ртом зачерпнула и вдруг поняла, что тонет, что легкие залило водой, а откашляться нет возможности. Она с трудом разлепила глаза и, задыхаясь, не чувствуя внутри живительного воздуха, начала всплывать. Она даже не раздумывала, угадала ли с направлением, потому что Ид Ерв всегда ей благоприятствовал. Подружки, давно еще, пока не пришли моржи, шутили, что влюбился, плавала она, как рыбка, и не боялась, даже сейчас, с полной грудью воды. Сатане вдруг врезалась во что-то небольшое, но тяжелое и жесткое, в железяку! Испугалась и погребла наверх быстрее, а потом уже вода выплескивалась из ее измученного тела наружу, почти потоками, она держалась на плаву, отплевывалась, кашляла, ругаться начала. Потом открыла глаза вновь.