– Имя, фамилия, возраст, воинское звание.

– Пётр Андреевич Горюнов, 1918 года рождения, рядовой.

– С какой целью вы дезертировали?

– Я не дезертировал! – вскинулся Горюнов. – Я… – он потупился и замолчал.

Бенсон подождал, но продолжения не последовало.

– Вы дезертировали из идеологических соображений? – помог он допрашиваемому. – Пострадали от советской власти? Имеете подвергшихся репрессиям родственников? Терпели притеснения за свои убеждения?

– Послушайте, вы, – русский вскинул голову. – Я прошёл от Ленинграда до Торгау. Был трижды ранен, контужен, – Горюнов повысил голос, теперь он почти кричал, – всю войну на передовой, у меня восемь боевых наград, понятно вам?! Я не дезертировал, вы не смеете…

– Ну-ну, полегче! – прервал Бенсон. – Истерику здесь закатывать не надо. Хорошо, пускай не дезертировали. Вы тайно покинули расположение своего воинского подразделения и явились на территорию дислокации армии Соединённых Штатов. Повторяю вопрос: с какой целью?

Перебежчик вновь опустил голову. «Ну, давай, скажи же, что из-за политических убеждений», – мысленно подстегнул русского Бенсон. В этом случае он подаст рапорт по команде, парня отправят в тыл, и у него будет шанс. Иначе же наверняка выдадут союзникам, и тогда…

– Я ушёл, – сказал Горюнов, не поднимая головы. – Я бежал… Я… – он внезапно резко выпрямился на стуле, расправил плечи. – У меня есть девушка. Невеста. Она немка, живёт в городке Карлсбрюгге, это под Хайделбергом. Я бежал к ней. У меня нет другого выхода, понимаете?! Нету!

Бенсон присвистнул, переглянулся с переводчиком.

– Как зовут вашу невесту?

– Габриэла. Я не знаю её фамилии.

– Что? – Бенсон опешил. – Не знаете фамилии невесты? Сколько раз вы встречались с ней?

– Всего раз. В мае сорок первого, за месяц до начала войны.

– Вы сумасшедший? Или издеваетесь надо мной?

– Ни то, ни другое, – русский шумно выдохнул. – Мы познакомились в Ленинграде, в запасниках Эрмитажа, и провели вместе полчаса. Она была там с туристической группой. Мы почти ничего не успели сказать друг другу, вокруг были люди.

– И после этого вы считаете девушку своей невестой?

– Да. Считаю.

– Чем вы занимались с ней в этих ваших запасниках?