– Да это судьба! Вот не думали встретить здесь старого друга. – Брандгар сел на свой стул; на столе перед ним стояли недоеденные остатки какого-то животного, которое я не смог определить, приправленные остро пахнущей горчицей и соусом из лунных ягод. – Что скажешь, Майка?

Я вздрогнул: в глубине балкона сидел тот, кого я сразу не заметил. Да, действительно, это был Майка Королевская Тень; их редко видишь, они сами выбирают для этого место и время. Майка превосходят меня во всех воровских делах, потому что способны выдать себя за мужчину или женщину в сотнях обличий, но в своей собственной шкуре они просто Майка, добрый друг и страшный враг. Они передвинулись на свет, и мне показалось, что годы не затронули это худое угловатое лицо и холодные серые глаза; глаза улыбались, но губы под ними только слегка дрогнули.

– Друг Крейл, кажется, голоден, владыка.

– Тут шагают в ногу с модой. – Брандгар небрежно махнул рукой в сторону остатков своего завтрака, и я, благодарно кивнув, начал есть. – Давно ты здесь, Крейл?

– Только что сошел с рыбацкого судна, – сказал я между глотками чего-то жирного и вкусного. Не стесняясь, облизал пальцы, потому что знал – свои манеры Король Волн усвоил на качающейся палубе. – Благодарю, что поделился со мной. Последняя глава моей жизни написана преимущественно на тему пустого желудка.

– И пустых карманов? – спросили Майка.

– Я оскорбил какую-то неведомую мне силу. – Я взял кость и принялся жадно высасывать мозг животного, тоже мне неизвестного. – Злая судьба забросила меня сюда, чтобы я взялся за что-нибудь отчаянное.

– Нет, – сказал Брандгар, и на его лице появилась проклятущая улыбка «следуй-за-мной-за-край-пропасти», которую я хорошо помнил. – Добрая судьба свела друзей. Послужи нам своим искусством. Мы намерены подняться на Наковальню Дракона и увенчать себя славой, добыв сокровища. А Песнь Червя требует от нас доставить завершение и глаза. Завершение – в стали. Нам нужны глаза! А ты всегда был очень внимательным наблюдателем.

– Когда вы хотите туда отправиться?

– Сегодня вечером.

Тогда я бросил кость и утер губы обшлагом поношенной куртки. Не хочется рассказывать о своих колебаниях, друзья мои, но я поклялся говорить всю правду. В Хелфалкин я поплыл в горячке отчаяния, да, и благодаря счастливой судьбе нашел этих двоих – немногих из еще живых, кого я выбрал бы себе в спутники, если бы мог выбирать. Однако, ощущая – впервые за долгое время – приятную тяжесть мяса в желудке, я обнаружил, что совсем не хочу так быстро идти навстречу своей прискорбной судьбе.