Первое время она еще пыталась пошпионить за Дартом Вейдером, разузнать, куда он ходит и на какое время отлучается, но он то ли не выходил из своей каюты вообще, то ли просто не находилось людей, жаждущих поболтать о том, как великий ситх проводит время.

Кроме научного интереса, который представляли её опыты, Ирис, усердно работая, преследовала и свои личные цели, никак не связанные с наукой.

Ирис мечтала отомстить Вайенсу.

Помещая мидихлореан в различные условия — в питательные или агрессивные среды — щуря глаз, рассматривая показатели в анализаторе, ошибаясь или получая небольшой прогресс, женщина раз за разом прокручивала в мозгу сцену в ангаре корабля, и на губах её появлялась недобрая усмешка. Вспоминая унижение Вайенса, его жалкий затравленный крик, Ирис испытывала практически физическое удовольствие, и удовлетворённый вздох срывался с полураскрытых губ, когда она вспоминала дрожь, объявшую его скрюченное тело, рухнувшее на колени, его трясущиеся губы и ужас в глазах.

Наверное, это было из области несбыточных мечтаний, каких по всему миру рождается миллионами и умирает столько же, так и не исполнившись, но Ирис страстно желала заставить мидихлореан делиться и размножиться в крови настолько, чтобы их было много, невероятно много, невообразимо много! Такое количество, для которого обычного прикосновения Силы было достаточно, чтобы Вайенса разорвало в клочья, чтобы он не успел и руки поднять!

И Вейдера нейтрализовать тоже, окажись он ненароком поблизости…

Ирис понимала, что такого рода Сила должна быть поистине чудовищна, неудержима, невозможна! Сама мысль о том, что подобной мощи Силу вообще возможно запереть в таком непрочном и крохотном сосуде, как тело человека, была просто абсурдна. Это всё равно, что удерживать в кулаке цунами, таить в груди смерч, сметающий всё на своем пути.

И, немного успокаиваясь, она анализировала свои озлобленные мстительные мечты и понимала, что такой мидихлореановой атаки организм Вайенса — единственный доступный ей подопытный — просто не вынесет. Её организм — тем более. Да Ирис и не осмелилась бы влить себе даже ту дозу, которую гарантированно бы выдержала. Она точно знала дозволенный порог — много раз рассчитывала его на Вайенсе. Но также знала, что случается с теми, кто приближается к этому порогу. Трансформация Вайенса всегда отчасти ужасала её, и, вспоминая наблюдаемые муки, женщина понимала, что ни за что не осмелится повторить их.

Вот если б она могла занизить дозу мидихлореан, а потом, когда они попадут в организм и адаптируются к нему, заставить их размножиться! Это могло бы стать безопасным способом стать адептом Силы. Но такой трюк был под силу, наверное, только Дарту Плэгасу. Ирис снова и снова колдовала над своими пробирками, и мысли её раз за разом возвращались к Дарту Вейдеру.