– …вернусь…

– А на кой ты мне через неделю?

– …за свой счёт…

– Я не подпишу. Будет у тебя в анамнезе очередной прогул и три докладных. Эй, я с кем разго…

Мира выругалась и спешно перезвонила. Номер был незнакомый, городской. Шифруется Костя.

Никто не отвечал.

– Неприятности? – вежливо спросил парень, поднимая очки на лоб. – А тут мы ещё… Извини, если напугали. Друзья на море собрались, предложили подкинуть…

Мира пожала плечами. Звонок Шиловского избавил от половины забот. По крайней мере, экспедиция не будет прекращена из-за пропажи сотрудника.

И, начистоту, испугаться она не успела. Страх ждал впереди. Как и раскаяние в том, что она хорошо если бы просто вырубила Юру Зафермана. Волонтёра, прибывшего на место Шиловского.

Бритый отважно сражался с волнами. Его подруга сидела на брезентовом полотнище, как прикнопленная. Только нет-нет да кидала взгляд через плечо. Словно боялась остаться наедине с недружелюбной археологиней.

– Чего она? – не выдержала Мира, загоняя в логово скалящую зубы Волчицу.

– Что? – Юрий оглянулся. – А, Маринка… Она чужих стесняется.

Марина… Это имя удивительно ей шло. Просто невозможно. Как шло линялое крымское небо над головой и кружево пены на коже. Не хватало только нитки жемчуга.

Однако блондинка вышла из возраста, когда чужих можно стесняться. Не любить – запросто. На дух не переносить – ради богов. Но стесняться…

Юрий хмыкнул. Вроде наблюдал за чайками, а исподтишка косился на начальницу. Та притворилась, что не замечает его интереса. Можно подумать, ему никогда морду не били.

– А ты… Правда думала остановить нас этой свинцовой дурой? Долбануть – и точка?

Его серые глаза смотрели открыто и пытливо. Взгляд мальчишки из того беспечного времени, когда курение не убивало, а лишь вредило здоровью.

– Всех вас? Нет, конечно. Только тебя.

– Меня? – Юрия обескуражила такая честь. – И что, смогла бы?

Волчица глянула исподлобья.