Руки смертного дрожат, то и дело тянутся к матово блестящей россыпи. Сердце трепещет в ожидании полнолуния, когда откроются запретные для других врата. Врата, за которыми испокон веков хранятся несметные сокровища. Сокровища, которые ждали его одного.

Потом избранный прозреет… Потом… И всё вернётся на круги своя.

Ещё немного, и Мэра обнимет отца, прильнёт к матери, вольётся в стайку сестрёнок-непосед…

Предвкушая возвращение, нереида раскидывает перлы, и пузырьки смеха устремляются к солнцу. Вторя её веселью, волны тревожат дремлющих чаек.

Всё идёт так хорошо!

До тех пор, пока избранный не выдерживает. Вынимает заветные перлы, пересыпает из ладони в ладонь, любуется в лунном свете их прохладным блеском.

Надо предупредить его! Обернись! Ну обернись же!

В который раз Мэра жалеет, что речь смертных ей неподвластна.

Морской рог сам прыгает ей в руку, касается губ, но…

Поздно!..