“Пики вперед!” проревел он.

* * *

Чагоры Таммана в передовых линиях пушечных окопов сделали последний залп, и их расчеты схватились за мечи и пики, когда истекающие кровью ряды Гвардии, наконец, смогли преодолеть водный рубеж. Несколько командиров пушечных расчетов слегка задержались, поджигая фитили, прежде чем они схватились за свое оружие и безумцы, которые прошли через все, что могли им предложить Малагорцы, просились на них с воем. Воздух сотрясли новые крики и вой, когда сработали примитивные мины рассеянные по берегу реки, поднимая фонтаны пламени и разбрасывая конечности, выжившие замерли, но люди Сертала продолжили движение вперед, коля и рубя мечами.

Малагорские пикинеры воспользовались подкопами в своих земляных укреплениях и выскочили за передовыми частями Гвардейцев с высоким, дребезжащим Малагорским воплем, врезаясь в ряды позади них. Они бросились вперед, размахивая секирами, обрубая конечности и отсекая головы, отбрасывая Войско обратно в броды, но на этом они остановились. Рукопашная бойня перекрыла обзор чагорам, и тяжелые пушки не могли вести свою дуэль с Гвардейскими батареями. Лишь мушкетеры продолжали свой огонь поверх их голов, тем не менее Войско начало нести теперь меньше потерь, и передовые части расчистили большую часть препятствий собственными телами. Тысячи Гвардейцев лежали убитые или раненые, но еще очень много из них продвигалась вперед, и их численный перевес начал гнать Малагорцев назад.

* * *

Капитан Юркал уставился на облака дыма на юге, слушая грохот артиллерии и мушкетов. Крики были приглушены расстоянием, в отличии от ужасающих звуков взрывов, и он виновато осознал, что испытывает облегчение от того, что избежал этот ад. Юркал был сыном Матери-церкви, но он все же был признателен за то, что его драгуны были развернуты так далеко от боевых действий-

Он дернулся в изумлении, когда упал его знаменосец, хватаясь за грудь. Последовал увесистый удар, и сержант рядом с ним опустился на землю, и Юркал закрутился, услышав звуки позади себя.

В трех сотнях шагов, все еще невидимый в лесной опушке, прикрытый коричнево-зеленой формой снайпер установил свой нарезной малагор и посмотрел в диоптрический прицел. Он нажал на курок, и двадцати-миллиметровая пуля разорвала сердце Капитана Юркала на части.

* * *

Шон наблюдал, как снайперы методично убирают офицеров и старшин, а остальные его люди выходили из леса. Это было не по рыцарски … но, на то, это и была война.

Множество офицеров было выведено из строя, и тогда, солдаты лишившиеся своих командиров начали паниковать. Большая их часть обратилось в бегство, и лишь несколько малагорских мушкетов продолжали стрелять, обезглавливая горстку все еще державшихся Гвардейцев, которых истошно орущие сержанты пытались собрать в строй.