Две металлические створки, высотой в двадцать метров, были открыты нараспашку. Стражи спокойно пропускали горожан и визитеров, не взимая с них ни “монеты” пошлины. Они действительно не брали мзды. Ни в виде волшебных драгоценных металлов, ни в виде капель эссенции.

– Здесь нет полей, — вдруг заметил Хаджар.

— Конечно, мастер, – к их дилижансу подошел Аль’Машухсан. Он жестами отдавал какие-то приказы своим людям и сопровождал головную часть каравана. – Лецкеты придерживаются мнения, что все, что нельзя произвести собственными руками, лучше купить.

— Не самая прозорливая тактика на случай длительной осады, — покачала головой Лэтэя.

– Склады города могут кормить сто тысяч человек на протяжении десяти лет, — немного снисходительно улыбнулся Аль’Машухсан. – тем более, у нас есть верные стражи, которые доставят множество неприятностей даже самому могучему из врагов.

С этими словами пустынник указал на восточную часть стены. Хаджару сперва показалось, что он увидел какой-то мираж или тень от облака, на миг закрывшего солнце. Но стоило ему присмотреться, и он понял, что Лецкеты не ограничивались разведением Пожирающих Облака Мулов.

Чтобы это ни была за тварь – но, во-первых, она, в холке, была даже выше крепостной стены, а во-вторых — явно не такая миролюбивая, как огромный мул. На это недвусмысленно намекали костяной панцирь с длинными шипами, хищный внешний вид гиены, которой шерсть заменяли чешуйчатые пластины и бугрящиеся под ними мышцы. Длинные когти на лапах - по размерам превышавшие копье Лэтэи и клыки, способные стать причиной редких кошмаров.

Всего таких тварей Хаджар насчитал пять штук. И они неустанно кружили вокруг стен, взирая на мир спокойным взглядом своих восьми глаз, способных разом охватить сразу все стороны света.

– Это искусственно выращенные Дикие Боги, – пояснил Аль’Машухсан. – секрет семье Лецкет.

– Но разве Дикие Боги не являются индивидуальными экземплярами? – удивилась Лэтэя. – И, вроде, они безумны и живут не очень долго.

– Ну, – пустынник поправил тюрбан и взялся за рукоять длинной, широкой сабли. Видимо близость к подобным монстрам не особо радовала даже привычного к ним человека. – я же говорю – искусственные. Они ближе к химерам, чем к диким монстрам. Но по силе действительно равны Диким Богам. Что же до срока жизни – каждый раз, когда я сюда приезжаю, а это примерно раз в четверть века, то твари всегда новые. Об остальном не спрашивайте – я не знаю. Да и вряд ли знает кто-то, кроме верхушки их семьи.

В отличии от Эйте, Аль’Машухсан не использовал личных местоимений в разговоре про семью торговцев. Сразу становилось понятно, что он лишь работает на них, но не более того.