Юноша промолчал. Он не отправился обратно, не вернулся к дилижансу - остался стоять на месте и не сводил глаз с Лэтэи.

– Так я и думал, – чуть устало вздохнул Хаджар. – И почему все принимают меня за варвара.

– Может потому, что ты – варвар, – попыталась разрядить обстановку Лэтэя, но у неё не получилось.

– И когда этот маг попросил тебя взять его с нами?

– Передал записку, пока ты рассказывал о Эйте, – не стала ничего скрывать Лэтэя.

У Хаджара даже в мыслях не было обвинять принцессу в чем-то. Это был её друг и она свободный человек, чтобы принимать собственные решения. Тем более – Хаджар поступил бы так же.

Артеус, видимо поняв, о чем идет речь, сделал шаг вперед.

– Прошу меня простить, но я не могу покинуть этот отряд, – он говорил твердо. Во всяком случае – куда тверже, чем прежде. – У меня есть собственный мотив отправится в это путешествие.

– Который ты, разумеется, по некоторым причинам не можешь нам раскрыть.

Артеус кивнул.

– Что же… – вздохнул Хаджар. – тогда у нас есть всего один вариант, как решить эту проблему.

Главная слабость магов в бою заключалась в том, что им вечно требовалось время для подготовки своих чар и заклинаний. Именно поэтому они, зачастую, находились в тылу – но ближе, чем лучники, потому как их магия редко когда могла преодолевать серьезные расстояния.

Такие вот бойцы средней дистанции, которых вечно приходилось оберегать от опасностей. Вспомнить, хотя бы, поход Эйнена с Хаджром к Библиотеке Города Магов в компании нескольких колдунов.

Да, по меркам Дарнаса, они считались простыми адептами внешней энергии, а не настоящими волшебниками, но даже с ними у простого воина возникала куча мороки.

И лишь редкие исключения из общего правила давали возможность магам не служить обузой, которая раз за бой саданет чем-то могущественным и убойным. Те маги, что могли сплетать свои чары быстрее, чем воин наносил удар – ценились на вес золота.

И, как убедился Хаджар, они прихватили с собой не просто сына “золотого клана”, а самого по себе – “золотого мальчика”.

Легкий удар Хаджара, содержащий в себе маленькую толику терны и мистерий, представший в образе полосы синего ветра, ударил в мгновенно возникшую на его пути ледяную преграду. Артеус при этом даже не пошевелился. Лишь вспыхнуло несколько волшебных рун на его посохе.

– То, что я не люблю использовать магию в бою, – Артеус больше не выглядел таким уж безобидным и не от мира сего, как раньше. – не значит, что я не умею ею пользоваться.

– Знакомые слова, волшебник, – немного хищно улыбнулся Хаджар. – но этого мало, чтобы убедить меня.