Железный Дровосек завис в состоянии неразрешимости, раз за разом запуская сложные алгоритмы расчета добра и зла, пока позитронный мозг наконец не отключился, высвобождая упрятанную в доспехи оцифрованную душу:

– Вы еще долго миловаться будете? – сварливо проскрипел Железный Дровосек.

Сворден Ферц осторожно отстранил ее, всхлипывающую от пережитого страха, прошлепал к окну, уже заросшему неопрятной перепонкой, ткнул в нее и выглянул наружу.

Внизу что-то вспыхивало, на мгновение высвечивая мечущиеся фигурки, какие-то темные бесформенности – скорее всего родственники той твари, что напрашивалась в гости. Вслед за вспышкой наступала скоротечная тьма, крики тут же нарастали, словно требуя еще огня, еще, а когда огонь возвращался, то избиение продолжалось с новой силой.

– Что там происходит? – робко спросила она.

– Надо помочь людям, – пророкотал Железный Дровосек. – Вызвать службу ЧП, отвести детей и женщин в лес…

– Нет, – покачал головой Сворден Ферц. – Помощь нужна совсем другим.

Она встала рядом и тоже стала смотреть на происходящее.

– Отвратительно, – сказала она и зажала рот ладонью, пытаясь сдержать рыдания. – Отвратительно. Теперь я понимаю, как мерзко себя вела… Прости меня… Но я испугалась… Оно просило помощи, а я испугалась… Оно хотело здесь спрятаться, а я… а я…

– Перестань, – Сворден Ферц обнял ее за плечи и отвел от окна. – Еще ничего неизвестно. Может, мы поступили правильно. Кто-то запустил биофоров и оставил без присмотра. Программа нарушилась, и они расползлись куда попало. А это опасно. М-м-м, очень опасно, – Сворден Ферц требовательно посмотрел на Железного Дровосека, но тот промолчал – врать не умел.

– Странно, на всех частотах тишина, – Железный Дровосек покрылся изморозью. Вокруг его головы сгустилось облачко, он растопырил руки и забормотал: – Одержана очередная великая победа в Одержимости… Полчища боевых подруг продолжают наступать… Белый Клык в прямой видимости… Осталось совсем немного, и лес одержит самую окончательную из всех окончательных побед…

– Вот видишь, – сказал Сворден Ферц. – Осталось совсем немного. Лес одержит победу.

Что я несу? – изумился он где-то внутри. Каждый раз, когда на Железного Дровосека находил подобный приступ, и он начинал нести околесицу о какой-то Одержимости, подругах и наступлениях, больше смахивающую на фронтовые сводки, Сворден Ферц, да и не только он, ощущал нечто вроде гордости, какой-то душевный подъем, будто эта ахинея и в самом деле имела смысл.

Но учитывая ее состояние, сводки с полей Одержимости оказались кстати – она послушно закивала головой и перестала рыдать.