– Вот тебе! – торжествующе показал Хераусхоферер. – Вот тебе! Жрица партеногенеза! – передразнил он и ущипнул ее за грудь.

Вздрогнув от боли, женщина на сносях опять же никак особо не отреагировала, лишь прикрыв грудь освободившейся из цепкой хватки Хераусхоферера рукой.

Далее терпеть Сворден Ферц не смог и оттащил отчаянно сопротивлявшегося Хераусхоферера от женщины на сносях. Тот вырывался, пинался и царапался, пока Сворден Ферц не приподнял его за шиворот над землей и не встряхнул пару раз, после чего Хераухоферер безвольно обвис неопрятной грудой одежды, подвешенной на сушильный крюк.

Мальчишка, разинув рот, смотрел на женщину на сносях, но тут уж ничего нельзя было поделать. Не глаза же ему завязывать.

– Привет, – вежливо сказал Сворден Ферц.

– Привет, – эхом отозвалась женщина на сносях. Голос у нее оказался необычным, из разряда тех, что называют грудным – сочный, бархатистый, вызывающий неуместные желания.

Странное успокаивающее и расслабляющее тепло разлилось внутри, Сворден Ферц широко улыбнулся и вернул Хераусхоферера на болотистую землю. Женщина одобрительно кивнула:

– Он больше не будет шалить.

Так и сказала: “шалить”, что в ее устах прозвучала не обидно, не презрительно, а вполне естественно, точно говорилось о безобразном поведении не взрослого грязного мужика, а невинного ребенка, еще не ведающего о нормах вежливости и приличия.

“Шалун” продолжал стоять там, куда его поставил Сворден Ферц, – посреди лужи, опустив голову, с преувеличенным вниманием разглядывая как проступающая из-под кочек вода заливает его ботинки. Вид у него и впрямь казался виноватым.

Мальчишка подошел к женщине и неуклюже ткнулся лицом в ее огромный живот. Та ласково потрепала его по голове, крепче прижала к себе. Идиллия. Семейная идиллия. Только папочки не хватает.

– А вот эти козлы абсолютно не к чему, – все тем же ласковым, плавящим сердце и душу голосом сказала женщина на сносях, и Сворден Ферц не сразу сообразил – к чему. – Зачем они нужны? – взгляд ее оторвался от довольно урчащего мальчишки, она посмотрела на Свордена Ферца.

Вопрос прозвучал не риторически, а вполне искренне – то ли даже заведомая ложь, таким голосом произнесенная, обретает черты доподлинной правды, то ли даже в ее положении она не ведала – в чем смысл полового размножения. И действительно – в чем?

– Ну… – развел руками Сворден Ферц. – Для продолжения рода требуется мужской и женский наборы хромосом…

– Как интересно, – сказала женщина на сносях, и вновь прозвучало это, кехертфлакш, так, будто ей действительно интересно, а вовсе не из ложной вежливости или некоего изощренного издевательства она поддерживает столь безумный разговор. А ведь разъяснение беременной тонкостей полового размножения устами огромного, грязного и вдобавок вонючего мужика (козла) и на самом деле откровенно попахивало безумием. Если что и удерживало Свордена Ферца от окончательного укрепления в столь неприятной мыслишке, так это голос и глаза женщины на сносях.