— Все.

— Как же все? — Никитина поднялась и стала мерить кабинет шагами. — Вы только начали. Думайте, думайте! Что вы еще можете хорошего сделать для людей?

— Кофемашину могу поставить. Хорошую. Для сотрудников — кофе бесплатно. Зерна дорогие куплю. Как себе.

— Кофемашина есть. Зачет. Продолжайте. Что вы еще можете для людей сделать?

— Все! — признался Казаченко. — Нет больше мыслей. И так уже перебор!

— Дышите, Игорь Витальевич, дышите.

— Пусто в голове.

— Значит, сгинем? Одна кофемашина нас не спасет. Можно и не покупать.

— Да погоди ты! Нет, убежала мысль! Не смотри ты на меня так! Сама предлагай! Видишь — не получается! Стараюсь, но не выходит. Помоги!

Никитина будто только этого и ждала.

— Все очень просто, — затараторила она, продолжая разгуливать по кабинету. — Задача изменилась: нужны не прогнозы, а воздействие на социум. Это принципиально новые алгоритмы. Я одна не справлюсь, нужна команда. Сейчас в Бауманке на фундаментальной математике хороший выпуск. В Физтехе есть толковые ребята. На мехмате в МГУ тоже умный выпуск. Подобрать бы ребят, пока не растащили. Человек семь-восемь для начала. Я могла бы их пригласить. Многих по олимпиадам знаю.

— Прощай, новенький «Бентли».

— И офис придется сменить. Тут нас весь район проклинает из-за фанатиков. Это плохо для творчества. Попросторнее что-то нужно. Чтоб все уместились. Сыночков оставим. Связи в Управе нам еще пригодятся. Найдем пацанчикам занятие. Свете будут с оформлением офиса помогать. Числа Фибоначчи на стенах рисовать и все такое…

— Прощай, домик в Италии!

— Я с новой командой займусь алгоритмами. Тебя тоже привлечем к процессу. Но твоя главная задача — телевидение и пиар. Будете с Олегом всячески продвигать нашу контору и наработки. Семинары, форумы, интервью… С Ашмановым, конечно, придется сотрудничать. Он в этом деле гуру. Лучше объединить усилия.

— Ты к нему не уйдешь? Решила остаться?

— Ашманов и без меня справляется. Здесь я нужнее. Мы…

Она продолжала озвучивать свои планы. В какой-то момент под щебетанье Никитиной у Казаченко родилась надежда: «Если этой девчонке подвластны обелиски Оракула, может, она и из меня человека сделает?» Но он тут же испугался собственных мыслей:

— Бред!

Никитина чуть не споткнулась.