— Любуетесь, пан Ловчий? — прозвучал за спиной знакомый голос. — Рано пока. Они за мысом прячутся, ждут, когда CNN или BBC подвесят свою вертушку. Эти ребята без камер ничего не делают, им же отчитываться надо…

Инспектор Бржиза встал рядом, с опаской потрогал прозрачный обтекатель, словно боялся, что он вот-вот лопнет под силой набегающего воздушного потока. Кирилл осторожно пожал ему лапищу: при первом знакомстве словак едва не раздавил ладонь своей медвежьей хваткой.

Как относиться к словоохотливому инспектору, Кирилл Ловчий еще не решил. С одной стороны, инспектор Службы экомониторинга ООН — это серьезно, с учетом того, какая каша заваривается вокруг острова. Но на словах он явно симпатизировал агентству, а «Корона» сейчас не в той ситуации, чтобы разбрасываться союзниками. Плавучий космодром «Реплекс-Аква» готовится к серии ракетных пусков; первый частный в России, между прочим. Конечно, без государственного участия не обошлось, но формально корпорацией руководит Совет Директоров, а не «Роскосмос». И вот когда согласно заключенным контрактам ракетоносители собственной разработки «Короны» готовятся вывести на орбиту полтора десятка спутников от разных заказчиков, поднимается страшный шум.

О, конечно, первые запуски никого особо не волновали: ну балуются там что-то русские олигархи, ради бога. С жиру бесятся. Пусть жгут нефтяную прибыль в соплах любимых игрушек, все равно у «Гелэкси Экс» килограмм полезного груза дешевле получается. Состязаться с НАСА, ECA, CNSA и «Роскосмосом» по объемам частники не тянут, а вот перетащить на себя весь рынок коммерческих мини-спутников «галакты» вполне в состоянии. И вдруг — как гром среди ясного неба: «Корона», купившая законсервированный «Морской старт», модернизировала платформу, отбуксировала ее в прибрежную зону республики Кирибати и произвела один за другим пять успешных тестовых пусков.

— Смотрите, вот он!

Двигатели сменили тон с сиплого рычания на низкий, почти инфразвуковой гул, выходя на максимальную мощность. «Реголит» выскочил на траверз мыса, прикрывающего внутреннюю лагуну. Где-то там остались рабочие поселки с оригинальными названиями Лондон и Париж, сборочные цеха «Короны» и огромные цистерны дизельного топлива, из-за которых и разгорелся весь сыр-бор.

Именно в этот момент Кирилл разглядел на сверкающей в закатном солнце поверхности океана разноцветную букашку. На таком расстоянии она все равно казалась бы черной, но яркие лучи высветили раскрашенные борта «гринписовского» DOWA. Это был не тот, старый Defender of Wild Animals, потопленный намеренным — по слухам — тараном японских китобоев. На выплаченную компенсацию зоозащитники купили очередной списанный траулер, подлатали и раскрасили в радужные цвета, как того требовала традиция. Пепел Rainbow Warrior, так кстати подорванного французской разведкой в далеком 1985-м, служил Гринпису хорошим пиаром вот уже четвертое десятилетие.