— Расскажи подробнее, — попросил я. — Кто на этот раз хочет сунуть голову в пасть тигру?

— Руководит работами молодой человек по имени Тарк. Несмотря на возраст, он уже известен в доках своей храбростью.

— Почему они снова хотят попытаться проложить там кабель? До этого они спокойно жили без силовой линии через Разлом.

— Все из-за рыбы, — ответил мне Джуао. — Ты же сам мне объяснял лет двадцать назад. Рыба не любит подводные линии электропередач и уходит на глубину. С каждым годом у нас уловы все меньше и меньше... Если моим детям сделают операцию, то станет меньше рыбаков... — Тут он пожал плечами. — Ты ведь знаешь, Корпорация плевала на нас. Они могут проложить линии энергопередач по местам лова, а не через Разлом...

Огромные силовые кабели Подводной Корпорации прокладывали по дну океана, чтобы подавать питание на подводные шахты, фермы и нефтяные вышки (то, что нефти там много, я испытал на собственной шкуре). Энергия требовалась пастухам китовых стад и химическим заводам. Линии высоковольтных передач породили двести шестьдесят новых течений. Они возникли над теми участками океанского дна, где вода содержит большой процент минеральных отложений. Наверное, вы получили бы Нобелевскую премию, если бы объяснили, почему это происходит... Так вот, течения отогнали рыбу в более глубоководные районы, на дно подводных каньонов.

— Тарк думает о рыбаках. Больше силовых линий — меньше рыбы. Он хороший человек.

Я в удивлении поднял брови. Ну уж левую точно... И попытался вспомнить, что маленькая ундина говорила мне сегодня утром о Тарке. А вспоминать — то особо было нечего.

— Пусть ему повезет больше, чем мне, — сказал я.

— Интересно, а что ты думаешь о молодом человеке, решившем спуститься в пасть Разлома?

На мгновение я задумался.

— Я его ненавижу.

Джуао удивленно взглянул на меня.

— Он — мое отражение. Когда-то я был таким же. — Я замолчал, а потом продолжил: — Завидую... У него есть шанс, который я упустил... Надеюсь, он совершит задуманное.

Джуао пожал плечами, дернувшись всем телом. Характерный жест рыбаков. Когда-то и я мог так делать.

— Не знаю, как у них пойдут дела, но, судя по всему, они серьезно взялись за дело...

— Море... Оно всех рассудит, — пробормотал я.

— Да, — кивнул Джуао.

Позади по бетону зашлепали сандалии. Я повернулся как раз вовремя, чтобы подхватить здоровой рукой свою крестницу. Мой крестный сын ухватился за мою парализованную руку и повис на ней.

— Дядюшка Кэйл!..

— Дядюшка Кэйл, что ты нам принес?