Валентин узнал. Столь ненавистный Марселю лик взаимностью не ответил, он в самом деле был дурно воспитан.

– Удивительное мастерство, но я бы предпочел эту вещь в жилых комнатах не держать. – Придд аккуратно возвратил реликвию в ее хранилище. Была бы столь же безучастна находка Селины?

– В эсператистском бреде о демонских отродьях было разумное зерно. – Арлетта захлопнула словно бы вздохнувшую крышку. – Эории нечто большее, чем древняя знать, они отличаются от обычных людей, хотя правильнее сказать, «мы отличаемся».

– Да ну? – живо восхитилось детище. – Это точно?

– Рокэ уверен.

– Граф Лионель, видимо, тоже, – подхватил Придд, – однажды он нас проверил и все – кроме ваших сыновей и меня, присутствовали граф Ариго и барон Райнштайнер – оказались связаны друг с другом. Герцога Алва по понятным причинам при этом не было.

– Ли ему расскажет, – обрадовал Арно, – или уже рассказал?

– Очень на это надеюсь. Мы говорили с регентом несколько раз, причем о многом, но эту тему он отчего-то не затронул.

– Ну так затронул бы сам!

– Мне это казалось неуместным. Сударыня, благодарю вас за высказанную догадку, она многое объясняет, но я должен подумать.

– Это сколько угодно, – вскочивший Арно принялся откупоривать новую бутылку. С недопитым-то бокалом! – Ли тоже вечно думает, но он еще и кусается.

3

Рокэ отправился пить и откровенничать с Бонифацием. Кардинала для такого дела Ли знал недостаточно, а так называемую волю Создателя – излишне подробно. Савиньяк вполне мог напиться с Хайнрихом или с заочно благословившим Проэмперадора Севера епископом Луцианом, но не с обоими сразу. Можжевеловую не мешают с мансаем, а с варварами пьют иначе, чем с исполненными былых тайн эсператистами. Нагрянувший точнехонько на закате «лев» принял приглашение потеснившегося по такому случаю «медведя», и Лионель признался обоим в желании провести вечер среди родни. Из братца с Эпинэ в самом деле не помешало бы кое-что вытрясти, но навалилась выжидавшая два года усталость, Проэмперадор решил ее не гнать.

Возможность броситься на кровать и проспать до утра наконец-то совпала с желанием. Так, по крайней мере, казалось до приемной Рокэ, куда Ли на всякий случай все же заглянул. Новостей от Салигана ожидаемо не было, но жизнь полна коварства, особенно мирная. Дежурный адъютант равнодушно сообщил о переезде Эпинэ к Райнштайнеру и о том, что во флигеле, где прежде обитал Иноходец, обосновалась внезапно занемогшая Фрида.

Мать предполагала продолжение, и оно не заставило себя ждать. Хайнрих бы по такому случаю выругался, Рокэ с Вальдесом, будь они осведомлены о прошлогоднем просчете, присвистнули, Эмиль бы сбежал. Ли велел сварить шадди и взял пару ничего не значащих писем.