Виконт задумчиво оглядел разложенные по тарелочкам сласти, отмахнулся от величественного слуги с алым бантом на достойной борова шее и устроился на кривоногом диванчике, как нельзя лучше подходившем для девичьих секретов.

– Сударь, – краснобанточный все же счел своим долгом прицепиться, – не желаете чего-либо? У нас есть…

– Если есть вино, – не дослушал Арно, – я выпью.

– К глубочайшему сожалению, девицам вина не подают, а проходить во время музицирования или же чтения через Анемоновый салон запрещено. Могу предложить прохладительное.

– Не надо, – отмахнулся Савиньяк. – Значит, анемоновый…

– Прошу прощения?

– Салон анемоновый. Мне ничего не нужно.

Краснобанточный с видом оскорбленного нухутского петуха удалился к своему стулу, музыканты за стеной наподдали, но не слишком выспавшийся виконт все равно зевнул. И тут его одиночеству настал конец – Айрис Хейл захотелось прохладительного или… чего-нибудь еще.

– Я увидела, как… – девушка словно запнулась, – мы прощались на «ты», а что сейчас?

– Сейчас мы встретились, – засмеялся Арно. – На «ты». И ты что-то увидела.

– Кого-то. Тебя, и тоже сбежала. Ты думал, здесь есть выход?

– Вот именно, – и не подумал темнить виконт, – а тут только прохладительное и буфетчик с красным бантом.

– Банты каждый день меняют. Сегодня у нас день алого анемона, – девушка коснулась поддельного цветочка, приколотого золотым бантиком к платью, – а завтра будет лилового.

– А послезавтра?

– Голубого. Герцогиня думает, нам так интереснее.

– Это она может… Думать. А вам интереснее?

– Наверное. Лучше глупо, чем скучно, хотя скучно все равно. Маркиза Ноймар уехала к детям, а прочие патронессы конные прогулки не жалуют.

– И маркграфиня?

– Если бы ты был фрейлиной, у тебя бы отобрали два цветка, а может, и все три.

– Я не фрейлина и что за бред? Я про цветы.