Зафод просвистел еще несколько тактов «Садко».

— Пятьдесят? Правда? Кто-нибудь раньше оставался жив после такого?

— Никто, кроме тех, кому отведено место за Длинным Столом.

Зафод сделал своему подопечному знак чуть уменьшиться в размерах.

— Скажи мне честно, Тор, ты вообще Гавбеггера можешь замочить? Только честно?

Тор присел рядом с ним на корточки.

— Заф, я мог бы уничтожить всю эту планету, потратив на это не больше семидесяти пяти процентов. — Он согнул и разогнул руку, поиграв мышцами. — Кстати, может, ты хотел бы, чтобы все отошли чуть подальше?

Гавбеггер высунул локоть из ямы.

Костюм к черту испорчен, думал он. А эта огромная обезьяна мне даже кожу не повредила.

* * *

Триллиан ощущала себя совершенно сломленной. Душа ее была разбита ударом молота, она никогда больше не будет прежней.

— Мы провели вместе всего один день, и это был самый главный день в моей жизни.

Рядом сидела на заборе Рэндом, изо всех сил не замечавшая жертвы, которую принесла ее мать.

— Гммммф, — неожиданно хмыкнула она. — А пройдоха-то жив еще. Так я и знала.

Триллиан Астра лишилась чувств — всего в третий раз за всю свою жизнь.

Огромный корабль конической формы продирался сквозь туманность. Некогда гладкий фюзеляж из белого сплава сплошь покрывали шрамы, полученные за двести лет столкновений с космическими обломками. Из восьмисот его ракетных двигателей продолжало работать меньше сотни, а системы жизнеобеспечения едва справлялись с поддержанием годной для дыхания атмосферы. Запасы пищи иссякли уже давно, так что последние несколько месяцев команда ела и пила продукты повторной переработки. Вся команда изнемогала от голода и усталости. Дух у них упал ниже некуда, и никто из них не знал иного дома, кроме этого гигантского корабля, на котором они подрядились летать вплоть до полного выполнения задания.