Рябь бежала по воде. А совсем вдали маячил сторожевик с торчащей в небо зениткой.

   — Итак, перемирие заключено?

   Тиберий поежился от звука пустого голоса.

   — Заключено. Красовски дал себя уговорить не сразу, но он же тоже не идиот, чтобы вести бесконечную войну...

   Каспар чуть шевельнул складками мантии.

   — Значит, вы соблазнили его идеей союза против нас? Против злобных слепцов, желающих поработить мир?

   — Именно так.

   — Убедительная приманка... Хотя, полагаю, вы говорили с ним искренне.

   Тиберий пожал плечами.

   — Искренне всегда проще, сами знаете. Я честно поделился с ним частью своих мыслей. Чтобы убедить его заключить перемирие, этого хватило.

   — Да, — сказал Каспар. — Искренность в умелых руках может быть страшным оружием. Со мной ведь вы тоже искренни?

   Тиберий наклонил голову.

   Каспар, конечно, почувствовал движение.

   — Из вас получится император, — сказал он.

   — Сначала разбить Ангела, — сказал Георгий. — А потом работать с его бывшими подчиненными. Только так. Если попробуем наоборот, провалим вообще все.

   — То есть ты предполагаешь ступенчатое наращивание, — сказал Вин. — Сначала уничтожить Ангела и взять Антиохию хоть под какой-то контроль. Потом, опираясь на этот результат, наладить отношения с той частью группы флотов Ангела, которая сейчас базируется на Пандемос — а она очень мощная — и привести ее под свою руку. И потом всеми этими силами ударить по Токугаве...

   — Да.

   — Да, — повторил Вин. — Ты читал Одзаву, "Алеуты — Цейлон — Красное море"?

   — Читал.