– А вот господин Идрис мне представьте, говорил нечто другое, – Антон улыбнулся разбитыми губами.

– Ну конечно! – озлился Шанно. Южане всегда считали себя пупом вселенной. Они и раньше торговали нами как скотом, и сейчас делают то же самое, ругая никконцев. Хотя при Аригато как раз больше благоволили им. Да – конечно, – продолжил он после паузы, – южане в чем-то правы, и Аригато делала все это чтобы ловчее нас ограбить. Да – Эяллу как это по ученому говорят эксплуатировали, вывозили алмазы, древесину, редкие металлы и камни. Да – нами правили назначенные Аригато люди. Но взамен мы получили великое благо – нормальную жизнь без войн и резни. Мы получили путь к звездам и знание того, что мы – часть великой звездной семьи Человечества... – Все это кануло в прошлое. Сейчас мы топим друг друга в собственной крови. С другой стороны – если бы не учился – я не сделал то что сделал, – вновь размышлял Шанно вслух. Но скажу честно – мне не раз приходила мысль – отправится на Каитто и втереться в какой-нибудь рабский караван – только бы убраться вон из этого кровавого болота.

Солнце склонилось к закату, и небо приобрело кроваво-красный оттенок, словно предвещая завтрашние муки.

– Нас что-нибудь может спасти? – осведомился Антон у Шанно.

– Нам уже ничего не поможет. Приготовься к неизбежному, чужак, как приготовился я. Хотя – я по крайней мере страдаю за зло, которое причинил, а ты – за то добро, которое сотворил.

– За зло?

– Да – и справедливо! – с горечью отозвался Шанно. Лет семь назад, еще в начале нынешней войны, мы убили сразу тысяч пять торике. Вначале мы объявили что должен состояться большой праздник в честь всеобщего перемирия. Наши безоружные посланцы с ветвью мира ходили по деревням и приглашали самых уважаемых людей, говорили что хотим заключить вечный мир. Самое интересное – многие поверили: вожди, жрецы, старейшины. Ну, как можно было упустить возможность обезглавить врага одним махом? У нас было припрятано две дюжины шестиствольных пулеметов – одни из последних нормально работающих тяжелых пулеметов в стране... – усмехнулся он. Как только торике заполнили старый стадион, мы открыли огонь. Там было много детей – люди приходили семьями. Когда у нас кончились патроны, мы пошли на них с дубинами и мечами... Потом мы не знали что делать с таким количеством трупов – туда слетелись саванги и корди со всех джунглей. В городе воняло так что до сих пор тошнит… – голос его понизился до трагического шепота. Так что я по совести не должен возражать против того, что меня сварят заживо.