Айнур зашипела.
– Хоть перед смертью мог бы не врать – я ведь знаю, как ты кидаешь ножи! И добавила:
– Жаль, что я не смогу увидеть как ты умрешь.
– Так вот, значит как, – Антон постарался не выдать страха. – Я конечно не думал что ты поможешь мне выбраться...
– Даже если бы хотела, я не в силах это сделать, – торопливо произнесла она. Ты покушался на вождя, ты осквернил обряд, ты убил гостя на земле хозяина, ты еще нарушил кучу всяких дикарских законов и правил. А главное, – она зло и горько усмехнулась – ты замахнулся на их прибыль. И знаешь – я довольна, что ты будешь страдать перед тем как подохнешь! Если они выполнят ритуал должным образом, ты проживешь дня три... А в конце будешь не хуже хорошо приготовленного кролика! Без кожи, без языка, без яиц...
– В этом выражается твоя огромная любовь ко мне? – с холодным сарказмом пожал печами Антон.
– Ублюдок! – прошипела Айнур сквозь зубы. Как я рада что ты христианин и не сможешь убить себя!
– Может быть я и ублюдок. А ты в таком случае кто – жена ублюдка? Кто говорил – муж принадлежит жене а жена мужу?
– Я никому не принадлежу, кроме самой себя! – отрезала она.
– Сколько времени ты думала поиграть со мной еще? И куда девала бы когда я тебе надоел? На рынок отвела бы, или на корм корнеротам пустила? – растянув губы в злую улыбку отчаяния, пробормотал Антон.
– А иди ты на х…! – выкрикнула Айнур и отвернулась.
Антону удалось заметить под темными очками слезы.
– Мне казалось, ты меня любишь! – сказала Айнур, нижняя губа у нее при этом дрожала. –
– Смешно, – перебил ее Антон, ухватившись за прутья клетки. – Меня собираются освежевать живьем, а ты что-то о любви твердишь!
Айнур заколебалась.
– Я же говорю, вытащить тебя невозможно.
– Можно подумать, ты пыталась!
Что-то дрогнуло в ее лице.