— Это в конце коридора, — ответила девушка. — Погодите. Вам нужно расписаться. Меры безопасности.

Фудир невозмутимо нацарапал в журнале первое пришедшее в голову имя.

— Когда освобождаетесь, мадам?

— А вы наглец, — с улыбкой ответила она.

— Наглец благоденствует и без намека на рассудок, — сказал он ей, — хороший же человек страдает от недостатка дерзости.

Она рассмеялась.

— Не ожидала, что вы будете страдать. — И добавила: — Я освобождаюсь через девять ор.

Фудир и глазом не повел. Сакен использовал додека-время, и ора по стандартному земному времени составляла сорок восемь минут или чуть больше половины оры по метрическому времяисчислению. Он расцвел своей самой обаятельной улыбкой.

— Может, тогда и свидимся? Возле столовой?

Терранин прошел по коридору, уверенный, что у служащей не возникло подозрений. «Воистину, наглецы благоденствуют», — подумал он.

Табличка на двери кабинета номер 145 гласила: «Коммодор Бактияр Саукконен, Головная эскадра, 3-й миротворческий флот». Следуя заблаговременно изученному протоколу, Фудир постучал, затем открыл дверь и вошел внутрь.

— Сах! — поздоровался он, коснувшись фуражки. — Это здесь… — он притворился, что сверяется с клипутером, — у вас перебои со связью?

Саукконен посмотрел на него спокойными светло-карими глазами. Коммодор оказался крупным широкоплечим мужчиной с огромными руками. На его столе творился настоящий бардак. Глупо судить о человеке, особенно облеченном властью, основываясь на первом впечатлении, но Фудир подумал, что в иных обстоятельствах Саукконен мог бы ему понравиться.

Конечно, желание править галактикой вряд ли пойдет ему в плюс.

Взгляд коммодора устремился куда-то за плечо Фудира.

— Это один из них?

И Фудир услышал другой голос:

— Да. Мо-ой тро-офей.

Предложение еще не успело закончиться, как Фудир рванул обратно к двери, но две темные руки схватили и сжали его, будто стальные тиски.