— Нет, нет, — прошептала Равн Олафсдоттр, — не ухо-оди так ско-оро.

Фудир обмяк и подождал, пока она не закончит фразу.

— Итак, — бросил он коммодору, — ты продался Конфедерации!

Лицо коммодора скривилось в медвежьем оскале.

— Это вряд ли. Кто он?

— О-он зо-овет себя Фудиро-ом, — ответила Равн.

Саукконен нагнулся и достал из-под стола песочного цвета брусок, изогнутый в четверть дуги, словно кланяющийся актер.

— Послушай меня, Фудир, — сказал Саукконен. — Ты храбрый и компетентный человек, а мне нужны храбрые и компетентные люди, поэтому я прошу тебя бросить свою затею и вступить в мой Специальный отряд.

У Фудира не было никакого желания куда-либо вступать. Он широко улыбнулся и сказал:

— Конечно, сах.

Но Саукконен нахмурился и покачал головой:

— Ты колебался. Равн, проверь его уши.

Фудир почувствовал, как его голова немилосердно мотнулась и из ушей грубо вытащили заглушки.

— А теперь, — произнес Саукконен, — попробуем еще раз. Фудир, ты присоединишься к моему Специальному отряду?

— Конечно, сах, — повторил Фудир, удивившись тому, что коммодору пришлось задавать ему такой вопрос. Но, произнося эти слова, частичкой разума терранин уже понимал, что его подчинили. И все же он ощущал, что его согласие совершенно естественное и применять Танцора вовсе не требовалось, это было едва не оскорблением. Он вопросительно посмотрел на нового босса.

— О да, — сказал Саукконен. — Процесс проходит более гладко, если субъект ни о чем не догадывается. Так он лишь считает, что изменил свое мнение. Лейтенант Олафсдоттр, к примеру, не одобряет мой план, но всеми фибрами души поможет выполнить его. Верно, лейтенант?

— Всеми фибрами, сах!

— Видишь? Я не продался Конфедерации. Я всего лишь завербовал конфедерата к себе на службу. О, не волнуйся, специалист Фудир. Ты не превратился в зомби. Твоя воля никуда не делась. Просто появилась еще и моя воля. Где есть воля, там есть выбор, но двух вариантов здесь не дано! Ха-ха! — Он взвесил Кирпич в руке. — Вместе мы будем работать ради одной цели, с минимумом споров и жертв.

Фудир кивнул. Слова Саукконена не были лишены смысла.

— Могу я узнать, что это за цель, сах?