Прошла вперед, без приглашения села в кресло. Кожа скрипнула подо мной, разрушив мгновение тишины, значения в которой было больше, чем в сказанных мною словах.

Шторм задумчиво оглядел свой кабинет, словно не узнавая, потом сдвинул в сторону распечатки, освобождая часть стола. Действие не имело смысла, но я обратила внимание лишь на то, что он, как и отец, предпочитал работать с бумагами, а не читать с экрана.

Потерев подбородок и проведя пальцем по усам, несколько растерянно пробормотал:

— Интересное начало. Продолжайте, капитан.

Я и воспользовалась предложением, за тем и пришла.

— Я собираюсь совершить феерическую глупость. Мне нужно ваше прикрытие.

Вчерашний вечер закончился намного интереснее, чем начался. Хотя бы лично для меня.

Мы с Рауле постарались исчезнуть как можно незаметнее. Не уверена, что нам это удалось, слишком многие очень явно отводили глаза, но ни останавливать, ни предъявлять с утра претензии никто не стал. Как и выговаривать, что в свой крошечный номер в гостинице при Управлении я так и не вернулась. Проговорили мы с Камилом всю ночь. Хватило и воспоминаний, и наметок на будущее.

Жил он в том же крыле общежития, что и Дарил, только несколькими этажами выше. Квартира небольшая, тоже уютная, пусть и совсем по-другому, нежели у демона. Мой бывший помощник предпочитал утонченный аскетизм. Ничего лишнего, но при этом все отменного качества и с индивидуальностью. Для Рауле оказалось важно другое. Вокруг мягкие линии, теплые оттенки. Взгляд легко скользил по стенам, мебели, полу, ни за что не цепляясь, не натыкаясь даже на малейшее проявление диссонанса.

Мне у него понравилось. Осознала я это уже значительно позже, в первые минуты было не до того.

На Таркане я была уже десять дней, но девять из них провалялась в госпитале. Выписали как раз перед награждением, так что времени на визиты физически не было. Сам Камил решил этот вопрос проще — навещал по два раза на день, а вот нашего четырехлапого хищника не пустили. Только и смогла, что насмотреться на него из окна.

Тимка встретил нас на пороге, видно, почувствовал, как мы подошли. Прыгнув, плюхнулся мне на руки и затих, упершись пуговкой носа в грудь и обнимая… ушами. Ощущение покоя было настолько полным, что казалось сродни смерти. В отличие от настоящего небытия это не пугало.

— На откровения рассчитывать стоит? — Словно отойдя от изумления, Шторм развернул кресло боком к столу, закинув ногу на ногу, откинулся на спинку. — Или мне придется обойтись общими чертами?

Я усмехнулась, поднимаясь. Внутри плевался огнем вулкан из противоречивых чувств, собственная наглость требовала движения.