Землеройные машины вгрызались в лунную поверхность, как в масло, а солнца тут было столько, что их использование почти ничего не стоило. Как я понял, единственной проблемой на Луне было заполнить образовавшиеся полости воздухом. Именно поэтому тут так много гелия: это проще и дешевле, чем добывать азот.

Лунное веретено хичи располагается вблизи ракетной базы. Вернее, наоборот — ракетная база находится вблизи Фра Мауро, там, где миллион лет назад хичи выкопали свое веретенообразное помещение. Все здесь было выстроено под поверхностью, даже доки, которые были защищены глубокими бороздами. Двое американских астронавтов, Шепард и Митчелл, когда-то провели поблизости уик-энд и даже не заметили это веретено. Теперь в нем живет больше тысячи человек, туннели расходятся во всех направлениях, а поверхность Луны усеяна микроволновыми антеннами и коллекторами солнечных лучей.

— Привет, — сказал я первому встречному, который показался мне достаточно сильным. К тому же он производил впечатление праздного гуляки. — Как вас зовут?

Он неторопливо повернулся ко мне, жуя незажженную сигарету.

— А вам какое дело? — не очень дружелюбно ответил колонист.

— В этом шаттле находится мой груз. Я хочу, чтобы его как можно скорее перегрузили в пятиместник в этом доке. Вам понадобится с полдесятка помощников и, может быть, погрузочное оборудование. Работа крайне срочная.

— Гм, — хмыкнул он и озадаченно почесал затылок. — У вас есть разрешение?

— Покажу, когда буду расплачиваться, — ответил я. — Гонорар — тысяча долларов каждому плюс премия в десять тысяч лично вам, если управитесь за три часа.

— Гм. Надо посмотреть груз.

— Пожалуйста, — широким жестом я пригласил колониста к кораблю.

Человек мельком осмотрел нашу кладь, почесался и подумал. Он не все это время молчал. Попутно произнес несколько слов. Например, сказал, что его зовут А. Т. Уолтерс-младший и что он родился в туннелях Венеры. По браслету на руке я видел, что однажды он попытал счастье на Вратах, а по тому, что Уолтерс занимался случайными работами на Луне, можно было догадаться, что ему не очень повезло. Правда, мне тоже не повезло в первые два раза, и все изменилось только после третьего полета. Хотя я до сих пор так и не понял, в какую сторону.

— Сделаю, Броудхед, — наконец пообещал он. — Но трех часов у нас нет. Этот парень Хертер начнет свое очередное представление через девяносто минут. Нужно закончить до этого.

— Тем лучше, — ответил я. — В какой стороне контора Корпорации «Врата»?

— Северный конец веретена, — показал Уолтерс. — Закрывают через полчаса.