— Засунь себе в задницу свое согласие! — продолжала неистовствовать обиженная жена. — Это ужасно важно, Том! — воскликнула она и вдруг сменила гнев на милость. — Хорошо, Том. Но нам придется вернуться к Большому Взрыву. Ты слушаешь меня, Том?

— Конечно, дорогая, — ответила программа самым искренним и любящим голосом.

— Хорошо! Все начинается с образования вселенной, и мы достаточно неплохо знаем этот процесс, за исключением одного переходного момента, который не совсем ясен. Назовем его моментом X.

— Ты хочешь рассказать мне, что такое этот момент X, дорогая?

— Заткнись, Том! — нервно ответила Генриетта. — И слушай! До момента X вся вселенная представляла собой крошечный шар диаметром порядка нескольких километров, сверхплотный, сверхгорячий, настолько сжатый, что у него не было никакой внутренней структуры. Потом из-за внутреннего напряжения он взорвался и начал стремительно расширяться. Это происходило до самого момента X, и данная часть развития событий в общем ясна. Ты слушаешь меня, Том?

— Да, дорогая. Это обычная космология, верно?

— Ты только слушай, — выдержав зловещую паузу, сказала наконец Генриетта. — После момента X вселенная продолжала расширяться. По мере ее расширения небольшие сгустки материи начали конденсироваться. Вначале появились элементарные частицы, адроны и пионы, электроны и протоны, нейтроны и кварки. Потом стала возникать подлинная материя. Настоящие атомы водорода, затем даже атомы гелия. Расширение объема газа стало замедляться. В огромных облаках начались турбуленции. Гравитация стала собирать эти облака в сгустки. Объем их сокращался, и повышенная температура сжатия запустила ядерные реакции. Облака раскалились. Так рождались первые звезды. Остальное, — закончила Генриетта, — мы можем наблюдать и сегодня.