Уилкс даже не побеспокоился.
— О, с этим, возможно, никаких проблем не будет. Конечно, я признаю, что это твоя область работы и все такое прочее, но я смогу найти кого-нибудь другого.
— В этих-то внешних мирах?
Я почти слышал в голосе Уилкса его обычную улыбку чеширского кота.
— Не волнуйся, Дарла, мы его отпустим. Я почти уверен, что смогу убедить ретикулянцев отпустить его с миром. Они обожают охоту, едва ли не больше, чем они любят самоубийство. Но они по-прежнему будут стараться его поймать и убить.
— Тогда мы договорились, — тихо сказала Дарла.
Передо мной мелькнула какая-то тень, но я не отвел глаз от света.
— Я хочу побольше услышать про карты, — сказал Уилкс. — Ты сказала, что тебе удалось кое-что записать.
Шуршанье бумаги. Потом Уилкс сказал:
— Да, это похоже на ответвление Персей… а это Орион, я полагаю.
— Ага… замечательно. Значит, это упрощенная карта этой части Галактики, насколько можно судить. А эти линии основные направления Космострады?
— Да.
— А как насчет этих всех крестиков, что раскиданы по всей карте?
— Это открытые пересечения, насколько я понимаю. Винни называет их «местами, где спутано много деревьев». Пересечения.
— Как прелестно. Но в этом должно скрываться нечто большее. Как насчет той эпической поэмы, которую ты упомянула? Ты можешь процитировать что-либо из нее?
— Попробую. Пиджин-инглиш, на котором разговаривает Винни, страшно трудно превратить во что-нибудь разумное. Но частью там такой примерно текст: «Вот Тропинки сквозь Лес Огней, и туда ты уйдешь, чтобы найти дорогу домой. В стране ясной воды вечером повернись так, чтобы солнце было у тебя по правую руку и иди по тропе к огромным деревьям на краю неба…»
— Я так понимаю, что это портал?
— Да. «Пройди через них, но не касайся их, потому что они хватают тебя… — тут непереводимое слово, которое означает хищное растение, которое питается мелкими животными, — и ты придешь в мир белых скал, которые так холодны на ощупь».
— Это похоже на планету Снежок, — сказал Ван.
— Да, — Уилкс все еще не был уверен. — Продолжай, Дарла.