— Как думаете, исксин так же делал и на Земле? Я имею ввиду инфополюс, — Аманда осторожно наклонилась, балансируя телом, словно училась двигаться вновь. Гусеница, состоящая из неровных геометрических частей, похожих на не до конца погнутый знак интеграла, проползала мимо её ног. Возможно, гусеница пыталась зарыться в смоделированную землю, но Аманда взяла её в руки, поднимая над травой. — Исксин ведь был подключен к каждому юзеру девайса, в любом уголке мира. Получается, он изучал нас?

— Тогда он ближе к млекопитающим, чем к высокоразвитому, чуждому интеллекту, — усмехнулся Павил.

— Все эти непонятные монологи, нелепые попытки общения, — гусеница вилась в её руках, но продолжала сохранять свою форму интеграла, будто лента Мёбиуса, разрезанная пополам. В этой виртуальной вселенной была возможна любая топология, любые допущения пространства Римана и Минковского. — Всё же в этом был смысл.

— Тогда это всё компиляция, ведь так? — Павил обратился к Леклерку. Ветер трепетал кучерявые волосы.

— Компиляция чего? — удивилась Аманда.

— Компиляция человеческого мира. В понимании ИИ.

— Я не знаю, — ответил Леклерк. — Если и так, то это лишь малая часть того, что было утрачено, когда он покинул нас. Мне ведь досталось не больше восстановленных пятнадцати процентов его мозга, грубо говоря.

— Здесь была пустота, — Павил изучающе провёл взглядом линию горизонта, переводя внимание выше, на голубое небо, на облака, на сферу. — Вначале ничего не было. Пустота. Та пустота, которую мы видели ранее. Насколько же он был одинок, что пытался скомпилировать наш мир.

— Не думаю, что ты можешь понять его. Понять то, что было на уме искусственного разума.

— Я не хочу вдаваться в антропоморфизм. Не сейчас. Считай, что я фантазирую, — Павил пошёл по траве, пытаясь ощутить её тяжесть, то, как она преломлялась под ним, как ветер заставляет её клониться. Очень хорошая симуляция. — Я и не хочу понять. Но мне хочется пофантазировать. Представить, что же всё-таки им двигало. Этот мир похож на место на Земле, если бы такое существовало. И всё же, различия слишком бросаются в глаза. Эту иллюзию невозможно спутать. Я сужу по тому сету, в котором мы общались, когда я был на Янусе. Ты создавал сеты из мощностей Андана, из его разума, но, наверное, никогда не думал, что получаешь уже готовые образы. Как образы в наших аксонах. В виртуальных аксонах огромной нейронной сети, способной на саморазвитие.

Леклерк даже не пытался указать зазнавшемуся физику место в программном мире, понимая, что тот прав. Действительность всё это время была у него под носом, но Леклерк так был поглощён восстановлением ИИ, что не заметил той части машины, которая всё же была жива.