Девушка посмотрела на свое обнаженное тело, словно впервые заметила собственную наготу. Сто Один видел, как густой румянец залил ее лицо, шею и грудь. Очень тихо она сказала:

– Вы не знаете? Здесь мы никогда не отвечаем на этот вопрос.

– У вас есть правила? – спросил он. – У вас, людей, есть правила даже здесь, в Округе?

Она оживилась, поняв, что он задал неприличный вопрос не для того, чтобы проявить бестактность, и охотно ответила:

– Правил нет, но есть договоренности. Кто-то объяснил мне, когда я покинула обычный мир и пересекла границу Округа. Думаю, вам ничего не сказали, потому что вы лорд или потому что все попрятались от ваших странных боевых роботов.

– По пути вниз я никого не встретил.

– Значит, они прятались от вас, мой лорд.

Сто Один посмотрел на своих легионеров, чтобы те подтвердили или опровергли это заявление, но Флавий и Ливий промолчали

Лорд снова повернулся к девушке.

– Я не хотел лезть в чужие дела. Можешь рассказать, что ты за человек? Детали мне не нужны.

– При жизни я была однорожденной, – ответила она. – Я прожила недостаточно долго, чтобы меня обновили. Роботы и подкомиссар Инструментария проверили, можно ли обучить меня для Инструментария. Мозгов больше чем достаточно, сказали они, но никакого характера. Я долго об этом думала. «Никакого характера». Я знала, что не могу убить себя, и не хотела жить, а потому делала счастливое лицо всякий раз, когда считала, что меня сканирует монитор, и отыскала дорогу в Зону. Это была не жизнь и не смерть, а бегство от бесконечного развлечения. Я провела здесь совсем немного времени, – она показала на Зону над ними, – а затем встретила его. Очень скоро мы полюбили друг друга, и он сказал, что Зона не слишком отличается от поверхности. Он сказал, что уже побывал внизу, в Округе, в поисках смешной смерти.

– В поисках чего? – переспросил Сто Один, словно не верил своим ушам.

– Смешной смерти. Это его слова и его идея. Я следовала за ним, и мы любили друг друга. Я ждала его, когда он поднимался на поверхность, чтобы достать конгогелий. Я думала, что любовь ко мне изгнала из его разума мысли о смешной смерти.

– Ты рассказываешь мне всю правду? – спросил Сто Один. – Или это лишь твоя часть истории?

Она неуверенно запротестовала, но он не стал больше спрашивать.

Лорд Сто Один молчал и пристально смотрел на нее.

Она поморщилась, прикусила губу и наконец произнесла, очень отчетливо, пробившись сквозь музыку и огни:

– Прекратите. Вы делаете мне больно.

Не отрывая от нее взгляда, лорд Сто Один невинно произнес:

– Я ничего не делаю.