Он пустил в ход три мыслительные системы. На верхнем уровне он вел себя рационально, изучая старое помещение; на более нижнем уровне – замышлял безумный сюрприз для танцора с конгогелием. А на третьем, самом нижнем уровне решал, что нужно сделать за время, необходимое для того, чтобы моргнуть глазом, после чего доверял все прочее своей автономной нервной системе.

Вот какие команды он отдал:

Флавий должен перейти в режим беспорядочной тревоги и подготовиться к нападению;

Нужно связаться с компьютером и приказать ему записать все происходящее, все, что узнал Сто Один; также нужно показать ему, как предпринять контрмеры. Больше Сто Одни об этом не думал. Образ действия – костяк возмездия – на тысячные доли секунды вспыхнул в его сознании и погас.

Музыка взревела.

Белый свет обрушился на Сто Одного.

– Ты хотел причинить мне вред! – крикнул Солнечный Мальчик из-за готической двери.

– Хотел, – согласился Сто Один, – но это была мимолетная мысль. Я ничего не сделал. Ты ведь следишь за мной.

– Я слежу за тобой, – мрачно признал танцор. Кид-норк, кид-норк, – поддакнул маленький барабан. – Не покидай моего поля зрения. Когда будешь готов пройти через мою дверь, позови меня или просто подумай об этом. Я тебя встречу и помогу войти.

– Годится, – ответил лорд Сто Один.

Флавий по-прежнему поддерживал его. Сто Один сосредоточился на мелодии, которую создавал Солнечный Мальчик, новой безумной песне, о которой никто и помыслить не мог за всю историю мира. Сто Один подумал, не поразить ли танцора, швырнув в него его же песню. Одновременно пальцы лорда выполняли третий набор действий, о которых его сознание могло больше не беспокоиться. Рука Сто Одного открыла крышку в грудной клетке робота, ведущую прямо к пластинчатой панели управления головным мозгом. Рука сама изменила некоторые настройки, приказав роботу спустя четверть часа убить все формы жизни в зоне досягаемости, за исключением передатчика команд. Флавий не знал, что с ним сделали; Сто Один даже не заметил, что сотворила его собственная рука.

– Отведи меня к старому компьютеру, – велел Сто Один роботу Флавию. – Я хочу узнать, сколько истины в странной истории, с которой я только что познакомился. – Сто Один продолжал размышлять о музыке, которая потрясла бы даже обладателя конгогелия.

Он встал перед компьютером.

Его рука, повинуясь полученному приказу тройного мышления, включила компьютер и нажала кнопку «Записать эту сцену». Старые компьютерные реле со скрипом ожили и подчинились.

– Покажи мне карту, – велел Сто Один компьютеру.