Далеко за его спиной танцор сменил шаг на быструю рысцу жгучего подозрения.

На экране появилась карта.

– Превосходно, – сказал Сто Один.

Он увидел весь лабиринт. Прямо над ними располагалась одна из древних, запечатанных антисейсмических шахт – прямая, пустая труба шириной две сотни метров, тянувшаяся на много километров вверх. Ее закрывала крышка, не дававшая илу со дна океана и воде проникнуть внутрь. Снизу был только воздух, и потому шахту прикрывала пластмасса, которая выглядела как камень, чтобы ни люди, ни роботы не попытались в нее залезть.

– Смотри, что я делаю! – крикнул Сто Один танцору.

– Смотрю, – пропел Солнечный Мальчик, и его голос напоминал недоуменный рык.

Сто Один встряхнул компьютер, провел по нему пальцами правой руки и отдал крайне специфическую команду. Его левая рука, повинуясь тройной мысли, закодировала аварийную панель на боку компьютера двумя простыми, четкими техническими инструкциями.

За спиной лорда Сто Один загремел смех Солнечного Мальчика.

– Ты требуешь прислать тебе вниз кусок конгогелия. Остановись! Остановись, пока не подписал приказ своим именем и титулом лорда Инструментария. Твой неподписанный запрос не причинит вреда. Центральный компьютер наверху решит, что это окружные безумцы шлют бессмысленные требования. – В голосе Солнечного Мальчика зазвучала настойчивость. – Почему машина только что отправила тебе сообщение «получено и исполнено»?

– Не знаю, – любезно солгал лорд Сто Один. – Быть может, они послали мне кусок конгогелия в пару к твоему.

– Ты лжешь! – воскликнул танцор. – Подойди к двери.

Флавий подвел лорда Сто Один к причудливо-прекрасным готическим вратам.

Танцор прыгал с ноги на ногу. Конгогелий испускал тревожное тускло-красное сияние. Музыка рыдала, словно весь гнев и опасения человечества соединились в новой незабываемой фуге, безумном атональном контрапункте Третьему браденбургскому концерту Иоганна Себастьяна Баха.

– Я здесь, – спокойно произнес лорд Сто Один.

– Ты умираешь! – крикнул танцор.

– Я начал умирать еще до того, как ты впервые заметил меня. Я выставил свой регулятор жизненных сил на максимум, когда вошел в Округ.

– В таком случае заходи, – пригласил Солнечный Мальчик, – и ты никогда не умрешь.

Сто Один взялся за край двери и опустился на каменный пол. Удобно уселся и лишь тогда заговорил:

– Верно, я умираю. Но предпочел бы не входить. Я просто посмотрю, как ты танцуешь, пока жду смерти.

– Что ты делаешь? Что ты сделал? – крикнул Солнечный Мальчик. Он перестал танцевать и подошел к двери.