Людям не особенно нравилась земная Система Средств Воздействия на остальные миры, но они уважали такой порядок и побаивались его. Волны напоминали о приятных сторонах Земли, а о менее приятных вспоминать не хотелось.

Этот человек напоминал о приятных сторонах Старой Земли. Скрывающаяся в нем сила не ощущалась. Санвейлцы рассеянно улыбались ему и спешили по своим делам.

Общая атмосфера была благостной. Все вокруг дышало покоем. Бенджакомин поднял лицо к солнцу и закрыл глаза, ощущая, как теплые лучи пробираются сквозь сомкнутые веки, наполняя его чем-то вроде счастья, неся утешение и радость.

Бенджакомин грезил о величайшем ограблении, которое когда-либо замышлял человек. Мечтал отломить гигантский кусок от чужого каравая. Похитить сокровище из самого богатого мира в история человечества. И думал о том, что произойдет, когда он наконец доставит добычу на Виолу Сидерею, где рос и воспитывался.

Бозарт опустил голову и дремотно оглядел соседей по пляжу.

Ни одного севстралийца. Пока. Их довольно легко распознать. Краснолицые великаны, прекрасные спортсмены, и все же по-своему наивны, молоды и очень упрямы. Он готовился к этому ограблению двести лет, и ради этой цели Гильдия Воров на Виоле Сидерее продлила его жизнь. Бозарт в глазах соотечественников стал чем-то вроде инструмента осуществления всеобщей мечты своей планеты, обедневшего уголка когда-то огромного центра торговли и туризма на перекрестке звездных дорог, теперь – унылого захолустья, пристанища отребья всех мастей.

Бозарт заметил севстралийку, выходившую из отеля. Женщина направилась к пляжу. Он выжидал, следил и мечтал. Сейчас главное – получить ответ на единственно важный вопрос, но ни один взрослый австралиец не мог ему помочь.

«Странно, – подумал он, – что я даже сейчас называю их австралийцами. Старое земное наименование: богатые, отважные, стойкие люди. Сражающиеся дети, занявшие полмира… а теперь ставшие тиранами всего человечества. Они захватили богатство. Только у них есть сантаклара, а жизнь и смерть всех остальных зависит от того, как идет торговля севстралийцами. Но я с этим не смирюсь. И мой народ тоже. Мы волки, волки, готовые вырвать свой кусок». Бенджакомин набрался терпения. Ничего, его час придет. Загоревший под лучами множества солнц, он выглядел на сорок, несмотря на свои двести лет. И одевался, по стандартам отдыхающих, довольно просто. Всякий мог принять его за межпланетного торговца, профессионального игрока, помощника управляющего галактическим портом или даже детектива, работающего на торговых путях. Но он не был ни тем, ни другим, ни третьим. Бенджакомин был вором, настолько преуспевшим в своей профессии, что люди безоговорочно доверяли ему и сами отдавали деньги и имущество. Немалую роль играла его располагающая внешность – немногословный, сероглазый, обаятельный блондин.