Незнакомец приветственно кивнул. Бенджакомин ответил вежливым кивком.

– Я коммивояжер. Отдыхал здесь в ожидании следующей командировки. В прошлой не очень много заработал. А как у вас?

– Нормально. Я не коммерсант, а техник, живу на зарплату. Позвольте представиться: Ливерант.

Бенджакомин смерил его взглядом. Похоже, похоже. Кажется, все в порядке.

Они обменились небрежным рукопожатием.

– Немного позже встретимся в баре, – пообещал Ливерант. – Я, пожалуй, сначала немного отдохну.

Оба прилегли и почти не разговаривали до той минуты, как через корабль прошла мгновенная вспышка планоформы. Пронизала пространство и исчезла. Из книг и школьных уроков они знали, что корабль метнулся вперед сразу через два измерения: каким-то образом ярость пространства, космические лиги пожирались компьютерами, которыми, в свою очередь, управлял ход-капитан, командир судна.

Они знали все это, но не чувствовали ничего, кроме легкой боли. Все остальные ощущения подавлял транквилизатор, распыляемый через вентиляционную систему. От него ожидалось легкое опьянение.

Грабитель Бенджакомин Бозарт был приучен сопротивляться опьянению и действию лекарства. Любая угроза того, что какой-либо телепат попытается просканировать его мозг, былa бы встречена свирепым, поистине животным сопротивлением, внедренным в его подсознание в самом начале тренировки. Но Бозарт в жизни не предполагал, что какой-то техник способен водить его за нос. Гильдия Воров на Виоле Сидерее была так уверена в своих силах, что не сочла нужным оградить своих людей от обычных обманщиков. Ливерант уже связался с Севстралией, Норстрелией, чья мощь и деньги достигали самых дальних звезд, Севстралией, которая поднимала по тревоге тысячу миров при одном подозрении на вторжение.

– Жаль, что приходится летать, лишь куда меня посылают, – вздохнул Ливерант. – Хорошо бы побывать на Олимпии. Там все что хочешь можно купить.

– Я тоже это слышал, – поддакнул Бозарт. – Из тех смешных торговых планет, где настоящим бизнесменам делать нечего.

Ливерант рассмеялся, весело, с неподдельной искренностью.

– Торговых? Там ничем не торгуют. Только меняются. Берут весь товар, украденный с тысяч миров, продают снова, но прежде переделывают, перекрашивают и ставят свое клеймо. Вот и весь их бизнес. Там живут одни слепцы. Странный мир, но если что-то очень нужно, стоит всего лишь прилететь туда, и все получишь. Представляете, что можно сделать за год в таком месте! Все слепы, если не считать меня и пары туристов! Такое богатство! Грузы с разбитых кораблей, добыча с забытых колоний (их обычно обчищают до нитки), и все это попадает на Олимпию.