Конечно, Пука был волен идти своей дорогой, когда ему вздумается, но разлука с ним меня огорчила. К тому же теперь нас с Панихидой ожидало немало трудностей независимо от того, на север мы пойдем или куда-нибудь еще.

Не знаю уж, что взбрело в мою пустую голову, но, оказавшись в затруднительном положении, я первым делом вспомнил о заклятиях Иня.

– У нас есть Чары! – воскликнул я с дурацкой улыбкой.

– Толку-то от них, – буркнула Панихида. – Они же все перепутаны.

Но мое идиотское рвение было сильнее доводов рассудка Я запустил руку в почти опустошенную суму и выудил оттуда маленький белый череп.

– Жизнь, – промолвил я, припомнив, что говорил Инь.

– Жизнь? – переспросила Панихида. – Ты хочешь сказать, что эта штуковина возвращает умерших к жизни? В таком случае она тебе ни к чему – ты ведь еще жив.

– Перемешано, – возразил я. – Не жизнь.

– О, ты имеешь в виду, что сейчас в этом черепе запечатлено другое заклятие. Такое, что способно помочь в нашем путешествии?

– Угу. Фраза ее была слишком длинной; я едва понял, о чем идет речь, и, чтобы не запутаться окончательно, поднял череп перед собой и выкрикнул:

– Действуй!

Череп вспыхнул, и вокруг него образовался вращающийся обруч. По мере того как сам череп таял, обруч расширялся и уплотнялся, пока не превратился в щит. Самый настоящий щит с изображением черепа на лицевой стороне и удобной ременной ручкой на обратной.

– Смотри! – радостно воскликнул я. – Прекрасный щит!

– Нашел чему радоваться, – скривила губы Панихида. – Щит ты мог взять и у рыцаря. Какой от него толк – домой на нем не поедешь.

Но мне неожиданное приобретение пришлось по сердцу. Собственного щита у меня никогда не было – варвары слишком примитивны и защитного снаряжения почти не имеют. Однако опыт общения с драконами и рыцарями подсказывал мне, что защититься от удара порой не менее важно, чем его нанести.

Впрочем, тогда, в том состоянии я скорее всего не размышлял о преимуществах надежной защиты, а просто радовался новой игрушке.

Надев щит на левую руку, я принял боевую стойку и сделал выпад мечом. Сейчас у нас было аж два меча – рыцарский и мой собственный, который я подобрал в галерейной роще.

– Получи! – воскликнул я, поражая воображаемого противника. – Вот тебе! – Ах ты так! Я приподнял щит, укрываясь от невидимого клинка. – Что, съел? Тебе меня не достать! – Чем бы дитя не тешилось – покачала головой Панихида.

Что она имела в виду, я так и не понял. Кажется, мое приобретение ее не обрадовало, но женщины ничего не понимают в воинских упражнениях.

Вдоволь намахавшись мечом я присел на травку, и мы с Панихидой принялись обсуждать дальнейшие планы. Впрочем, моя роль в обсуждениях была не слишком велика.