– Выдай самое худшее, что можешь, Троян.

Злые глаза жутко блеснули, и все вокруг окутал мрак.

Загремел оказался в компании разношерстных существ. Это было довольно жалкое местечко, тут царила атмосфера нищеты, обреченности и отчаяния. Языки пламени вырывались из трещин в земле, не позволяя убежать. В воздухе над головой, выжидая добычу, кружили гарпии и прочие твари, питающиеся падалью.

– Время жрать! – заорал охранник и вывалил узникам корзину отбросов.

Гном, эльф и виверн ринулись к вонючим помоям. Но, прежде чем они успели добраться до них, сверху спустилась стая гарпии и унесла все, оставив на месте отбросов только гору помета. В голодном отчаянии узники вцепились друг в друга. Загремел увидел, что все они страшно истощены. Недоедание. Неудивительно – по соседству с гарпиями!

Какова будет пытка на сей раз? Загремел уже понял, что эти сменяющиеся сцены задуманы так, чтобы быть предельно неприятными – даже для огра; каждая ужасна по-своему. Пока он размышлял, солнце быстро прокатилось по бледному небу, словно его кто-то подгонял, поскольку обычно ничто не может помешать солнцу путешествовать по небу обычным неспешным шагом. Голод Загремела тоже мгновенно усилился; чтобы поддерживать силы здорового огра, требуется уйма еды.

– Жратва! – заорал охранник и опустошил корзину.

Снова возникла свалка, но виверна на этот раз в ней не было. Достойный маленький дракон ушел подальше, чтобы не ввязываться в драку. Большую часть отбросов снова растащили гарпии. Загремел почувствовал приступ голода; даже отбросы выглядели теперь соблазнительно, а ему ничего не досталось. Разумеется, к тому, возле чего побывали гарпии, он все равно бы не притронулся; они перепортили в десять раз больше, чем съели, а то, что осталось, покрывал их ядовитый помет. Гарпии – самые грязные птицы в мире; да с этими полуведьмами не станет связываться ни одна птица.

Виверн изрыгнул слабый язычок пламени и замер. Загремел приблизился к нему, ведомый несвойственным ограм состраданием.

– Могу я что-то для тебя сделать? – спросил он. В конце концов, монстр монстра всегда поймет. Но виверн тихо испустил дух.

Тут же появились прочие заключенные, оценившие выгоду ситуации – драконье мясо лучше, чем голодная смерть. Мысль, что такого чудесного боевого зверька так гнусно сожрут, вызвала у Загремела отвращение, и он поднял кулак, намереваясь защитить труп виверна от посягательств. Но стервятники вихрем ринулись вниз, разрывая тело на куски с такой скоростью, что Загремел ничего не успел сделать. Через мгновение не осталось ничего, кроме костей. Его усилия пропали даром. Загремел вернулся на свое место.