Гоблин без малейшего усилия поднял его и ударил о стену. Пол от ужаса застыл, а гоблин продолжал:

— Твоя проблема в том, что ты сам не знаешь, чего хочешь. Поэтому даже хорошо, что я готов за тебя все уладить. Иначе тебя ждет сущая кутерьма. Я просто пытаюсь тебя по-хорошему отблагодарить за милую прогулку. А еще мне, наверное, нравится сводить людей. Хотят они этого или нет, — добавил гоблин с улыбкой в духе мистера Тэннера.

— Пожалуйста, — прошептал Пол. — Не надо. Но гоблин только покачал головой:

— Извини, но факт в том, что я знаю, что лучше для вас обоих, вот и все. Ты меня, может, еще поблагодаришь. Даже ребеночка в честь меня назовешь. Румпельстинскин Карпентер, неплохо звучит, а? Я детей люблю, — добавил гоблин, облизываясь.

Потом он схватил Пола за шиворот и потащил по коридору. Дверь в одну из комнат была нараспашку, оттуда их поманила зеленая чешуйчатая лапка.

— Еще одна причина, — продолжал гоблин, — в нашей Розакуции, это моя племянница, ты с ней уже знаком. Не пойми меня неправильно, я против вас, людей, ничего не имею, но девушке нужен настоящий парень из гоблинов, кто-нибудь из своих. А если тебя благополучно убрать с дороги, сбагрив кому-нибудь еще, она, может, перестанет за тобой бегать и успокоится.

Софи, зажмурившись, сидела на кровати. На ней все еще был наряд кельнерши, из-за выреза высовывалась крохотная зеленая головка.

— Развлекайтесь, — сказал гоблин и исчез в водопаде сверкающих конфетти.

— А я, пожалуй, посмотрю из партера, — объявила зеленая головка.

Пол попытался попятиться, но ноги не слушались. На прикроватной тумбочке он увидел пластиковую бутылочку "Валентин-экспресса", столовую ложку и стакан.

— Софи, — произнес он.

— Я знаю, — пробормотала она.

Каким-то образом его рука нагнула горлышко бутылки, и он поймал себя на том, что отворачивает крышку. Он попытался пролить зелье мимо ложки, но все до капли попало в стакан. Пол против воли протянул его Софи, и она его взяла.

— Это будет не так уж страшно, — слабо проговорила Софи. — Извини, пожалуйста.

И тут дверь распахнулась. Пол попробовал оглянуться, но голова словно прилипла к месту. В два огромных шага мистер Червеубивец пересек комнату. На правой руке у него была перчатка, в левой он держал пустую коробку для завтраков.

— Прошу прощения, — быстро сказал он и стремительным, как ртуть, движением выхватил гоблина из-за платья Софи, запихал в коробку и захлопнул крышку.

Пол покачнулся и рухнул, Софи упала, ударившись головой о стену. Мистер Червеубивец выхватил у нее стакан прежде, чем она успела его уронить, и выплеснул в умывальник. Потом повернулся к ним.